Да что и Кир не в курсе, — на этих словах, устало плюхнулся на диван в гостиной, — как представил, что она одна с ребенком будет, не мог просто этого допустить, — устало подытожил свой рассказ.
— И как вас так быстро расписали? — переспросил Ярослав, все еще пребывая в недоумении.
— Я организовал, расписали моментом, — ответил, словно это могло бы хоть как-то объяснить мои поспешные действия, — только вот ребенка нет.
— Как нет? — Ярослав выглядел в полнейшем шоке.
— Бля! Развела она меня, — продолжил я, и в моем голосе звучала горечь, — живот был накладным, — если бы ситуация не была столь патовая, я бы рассмеялся, глядя на выражение лица друга, — она решила пошутить поначалу, а потом заигралась и поставила подпись в свидетельстве.
Ярослав молчал, вглядываясь в меня, словно пытаясь осознать все сложности и последствия этой истории.
— Что ты думаешь делать? — его голос звучал как приговор.
Я чувствовал, что мои действия оказались за пределами его понимания.
— Я… Я не знаю, — ответил я, искренность звучала в каждом слове, — всё вышло из-под контроля.
Я думал, что принимаю правильное решение, но сейчас… сейчас всё так запутано.
Мой друг покачал головой, словно пытаясь привести в порядок свои мысли.
— Ты не мог просто позвонить Кириллу?
— И что я должен был ему сказать, что хочу твою сестру? — признался я, — это разрушит нашу дружбу.
— А теперь? — спросил он.
— Теперь я в полной заднице, — ответил я с горечью.
Еще какое-то время мы сидели в тишине, окруженные моими несказанными словами и неразрешенными проблемами, которые только усугублялись с каждой секундой.
После, пока мы выпивали, друг рассказал мне свою историю. Оказывается, весь последний месяц он проводит в погоне за красоткой на мотобайке цвета индиго.
Его глаза загорелись, когда он начал рассказывать о своих приключениях.
— Эта девчонка, знаешь, она как призрак, появляется и исчезает, но оставляет после себя запах свободы и приключений, — говорил он, смеясь, — и каждый раз, когда я думаю, что я близок к тому, чтобы поймать ее, она снова ускользает.
Слушая его рассказ, я почувствовал, как внутри меня что-то расслабляется. Это был отдых от моих собственных проблем, хоть и на мгновение.
— Ты знаешь, иногда мне кажется, что она преследует меня, а не я её, — продолжал он, улыбаясь.
Я впитывал его историю, будто это было краткосрочное спасение от реальности, где я только что оказался втянутым в запутанный клубок собственных ошибок.
