– Когда ты вернешься? – прошептала, почти не размыкая губ.
– Два-три дня. Максимум – неделя. Пожалуйся, дождись. Обещаю ответить на все твои вопросы.
Я закрыла глаза, мысленно сосчитав до десяти. Слышала его тяжелое прерывистое дыхание. Сама дышала, как загнанная лошадь.
Почему все случилось так, как случилось? Полетело в тартарары…
– Хорошо. Я дождусь… Только возвращайся быстрее…
* * *Следующую неделю я находилась в полнейшей прострации. Во время ежедневных звонков Лев продолжал кормить меня «завтраками», обещая, что ответит на все вопросы, как только вернется.
Хотелось хоть раз поговорить по душам. Несмотря на то, что произошло, я имела на это право. Ведь, положа руку на сердце, если бы Лев с самого начала был со мной откровенен, возможно, ничего этого бы не случилось.
Наверное, только желание получить ответы и задерживало переезд, хотя я уже собрала свой маленький чемодан и даже оставила заявку риэлтору.
Миша каждый день обрывал мне телефон, но я так и не нашла в себе смелости ответить. Слишком больно.
Нелепо. Грязно. Ведь, как сказал Лев, «они разберутся». Ну, конечно, разберутся… У них таких Вик вагон и маленькая тележка. А вот мое глупое сердечко все еще сбивалось с ритма от одной мысли о близнеце… Но нам не суждено.
К счастью, работа в журнале и индивидуальные съемки, количество которых множилось в геометрической прогрессии, спасали от одиночества и удручающих мыслей. Я чувствовала вдохновение, отдаваясь работе на двести процентов.
А пару дней назад мы созвонилась с Ассоль и вместе выпили кофе в кофейне рядом с жилым комплексом, в котором проживали.
Жена Гвидона по секрету рассказала, что редактор журнала хочет пригласить меня в штат, что означало увеличение заработной платы. Это известие не могло не радовать.
* * *– Ну вот, а говорила, что не умеешь позировать! – Лена, штатный фотограф, одобрительно улыбнулась, пряча камеру в сумку, а я наконец перевела дух, после двух часов непрерывной съемки.
– Я правда не умею… И согласилась на это последний раз! – вновь придирчиво оглядела себя в большом передвижном зеркале.
Прямо перед съемкой рекламы новой коллекции одежды популярного бренда одной из моделей стало плохо. Девушку увезли на скорой, а меня попросили ее заменить. И опция «отказаться», разумеется, отсутствовала. Пришлось импровизировать.
Еще раз посмотрела на себя через плечо и встретилась в зеркале с его греховными зелеными глазами. Сердце забилось раненой птицей.
Миша стоял, привалившись бедром к двери, и сверлил меня взглядом.
