— Ты не знаешь?
— Что?
— Вот это!
Он двинул вперед бедра и вошел в нее, словно соединив оба тела в одно целое. Она ответила приглушенным вскриком и встречным движением бедер. Смеясь от удовольствия, он прижался к ней, слушая, как она без конца повторяет его имя.
— Да, — сказал Рено. — Это я. Снова… Но не ругай меня, gata. Я никогда раньше не был таким.
Еще движение, еще вскрик, новая горячая волна, идущая от Евы к Рено, подпитывающая его пламя.
Рено двигался энергично, больше не сдерживая себя и не экономя силы.
Да Ева и не просила его о том. Она двигалась в том же ритме, на силу отвечая грацией, на желание желанием, на пламя — испепеляющим огнем.
Когда капельки пота выступили на ее коже, он слизнул соленые бисеринки, куснул тело, которое готово было стать его частью. Он ласкал грудь зубами и языком, вновь и вновь возбуждая соски, в то время как его бедра продолжали неустанное ритмичное движение.
— Его рука скользнула между горячими влажными телами и отыскала атласный бутон.
Он стал нежно трогать, ласкать и сжимать его.
— Что ты… со мной… — прерывистым шепотом лепетала Ева. — Господи… Рено…
В ее тело ворвался шторм наслаждения, яростные, сладострастные токи пронеслись по ней, унося с собой в запредельность.
Рено в полной мере ощутил силу страсти, которую он вызвал в Еве. Каждый мощный толчок он сопровождал лаской, трогая нежный бутон, который расцвел под его рукой.
Ева издала продолжительный стон, обозначавший, что пришел экстаз, не имевший ни начала, ни конца.
Если бы в ней нашлось место для страха, она, должно быть, ужаснулась бы; но в ней было место только для Рено с его неукротимым желанием.
Рено улыбался какой-то отрешенной улыбкой. Он сжимал Еву в крепких объятиях, прислушиваясь к ее трепету. Когда она затихала, он нагибался, слегка покусывал ей плечо и возобновлял движение внутри нее.
Ева жадно хватала воздух ртом, чувствуя, как страсть сжигает все ее тело.
— Рено!..
— Я предупредил тебя, — сказал он низким голосом.
— До тех пор, пока останется хоть капля сил…
Рено снова начал извечный обряд. Над любовниками опустился полог ночи и страсти.
18
Скалам, пескам, колючим кустарникам, казалось, не будет конца, но Рено знал, что это не так. Это была всего лишь очередная широкая терраса на длинном спуске от Скалистых гор к тем местам, где далеко на западе мчит свои воды между каменных берегов таинственная, могучая река Колорадо.