Меня тут же крепко стиснули в объятиях.
— Да, вспомнил, — Руни нежно провел по моей щеке костяшками пальцев. В его взгляде я видела обожание и искорки страсти. — Тогда расскажи, что ты здесь делаешь без шали, любовь моя?
— Жду, когда в небе появятся драконы? — выдохнула, прижимаясь к его сильному телу.
— Хм... — в зеленых очах моего волка разгоралось красное магическое пламя. — Тогда ждать придется долго.
— Почему? — я приподняла бровь, чувствуя, как руки моего сдержанного мужа скользят ниже по спине.
— С ними прибудет Дара, а она ну никак не дракон и летать верхом на отце не любит.
Поэтому не в небо смотри, а на дорогу, — склонившись, мягко шепнул он мне на ушко. — Хочу тебя...
Это признание мгновенно вызвало в груди бурю эмоций. Томление. Обжигающую волну, но...
— Ты дразнишь, Руни? И не стыдно?
Чуть повернув голову, нашла его губы и потерлась о них своими.
— Нет, я просто теряю терпение.
Отстранившись, он развернул меня, прижимая спиной к своей груди. Его ладони легли на мой круглый, аккуратный живот.
Вопреки прогнозам повитухи, меня не так уж и разнесло в стороны.
— Ничего не болит? — выдохнул Руни мне в макушку.
— Нет, — я хитро улыбнулась. — И в поясницу не вступает. И воды не отходят...
— Жаль, — в его голосе слышалась такая печаль. — Я уже заждался своего сына. Сил никаких нет.
— А ты точно его заждался или меня? — я проказливо собрала губы бантиком."
"— Нет, ну больше, конечно, тебя. Он как бы при нас, но внутри, а не снаружи. Касси, я тебя ну очень прошу, не томи.
Рожай быстрее, орина. И так уже три дня положенного срока перехаживаешь.
Не выдержав, я рассмеялась. Морган — лекарь императора Айдана Свирепого - прибыл месяц назад, и такое у нас началось. Чуть ли не по разным кроватям развели. Хотя я все равно обнаруживала Руни каждое утро рядом с собой, и неважно, какие наставления с вечера были озвучены целителем.
Наш Яшка, видя такое дело, хмуро сдвигал брови, копируя учителя, и тут же начинал хохотать. Он легко осваивал науку целительства, несмотря на то, что магии в нем не водилось.
Под ногами снова закрутился кот, отвлекая от мыслей. Руньярдик, сообразив, что никто здесь кормить его и не подумает, хвост морозить дальше не пожелал, а скользнул через приоткрытую дверь в комнату.
— Касси, пойдем и мы. Здесь прохладно, любимая. Я боюсь, как бы ты не простыла на таком сроке. Умоляю, роди уже нашего сына — не изводи меня. Я с ума схожу, переживая за все. Иногда хочется просто выбежать волком в лес и повыть на луну.
