Жуткое, неистовое. Обжигающее до боли.
Туман. Я прорывалась через него. Он держал, откидывал назад, становясь кроваво-красным.
Или это мое сознание не пускало меня?
— На алтарь её!. Мне нужна сила...
Рывок, и я словно полетела вперёд. Всё вокруг стало заметно меньше и ниже... Или это я выросла?
Снова белый камень. Внутренне я уже была готова увидеть на нём самого родного мне человека. Поймав взгляд матери, ужаснулась. Её располосовали, выпустив кровь. Она шептала губами.
Следила за мной и постоянно повторяла: «Забирай Сабрину и беги.
..»
Этот беззвучный шёпот казался мне криком.
Детский плач становился громче. Над алтарём словно из ниоткуда возник мужчина в одеяниях жреца. Он занёс над мамой клинок, чтобы нанести последний удар...
И вдруг всё пространство заполнила тьма.
Крики ужаса. Вопли... Плач...
Я старалась слушать только его.
И мужчина...
Ярость переполняла душу... Мне нужен был убийца матери.
«Забирай сестру и беги...» Доносилось со всех сторон.
Но вот впереди что-то сверкнуло. Кинжал.
Сорвавшись с места, я устремилась туда с невероятной скоростью. Летела...? Не понимала. Вспышка, и подо мной бился в судорогах палач, забравший жизнь моей матери. Из его разорванного горла хлестала кровь. Довольно выдохнув, я отступила. Бросив взгляд на белый камень, залитый кровью, понеслась обратно...
Мне нужна была моя сестра. Я должна была забрать у них Сабрину.
А тьма всё клубилась, отбирая жизни у волков, что падали замертво, едва она достигала их. Тёмная магия ползла вперёд, обгоняя. Нам нужен был один и тот же ребёнок.
.. Ещё одна вспышка, и передо мной, раскачиваясь, на нетвердых ногах стояла Сабрина. Она сделала свой первый шаг и снова заплакала, смотря на меня абсолютно чёрными глазами, лишёнными белков...
... Вскрикнув, я, наконец, проснулась и села...
— И часто тебе снятся подобные сны? — надо мной нависал Руни.
В руках его была зажата влажная ветошь. Выдохнув, он провел ею по моему лбу.
— Я не мог тебя разбудить. Опять! А еще это, — он поднял мою руку и указал на небольшую дорожку ярко-зеленой чешуи, начинающейся от ногтя на большом пальце, и исчезающую на запястье.
— Над бровями и на подбородке тоже проступила. Твой дракон, Касси. Чтобы тебе не снилось — это приводит его в ярость. Ты помнишь сон? — Он склонился ниже. — Что будит твою тьму? Что изменилось? — Я вздрогнула. В его глазах разгоралось алое пламя. — Почему сейчас? Ясира что-то говорила тебе?
— Нет, — я покачала головой, рассматривая яркие чешуйки. — Я... вижу поляну.
