Книга Усадьба леди Анны — читать онлайн бесплатно полностью

Высокие чувства и красота слога!

Сейчас он смотрел на знакомые стихи совсем по-другому и понимал: он, Максимилиан герцог Ангуленский и прочая, и прочая был слеп, не видя сути. Эти строки – совсем не о том.

Скрипнула дверь, и не отрывая глаз от листа, Макс сказал:

-- Юнк, иди спать, я лягу позже.

Не получив ответа, он недовольно положил бумагу на стол, поднял голову и увидел: в дверях, зябко кутаясь в меховой плащ, стоял отец. ____________________ *Стихи Леонида Чернышова

Глава 37

-- …даже попытки не сделал, – король помолчал и, тяжело вздохнув, продолжил: -- Нет, мальчик мой, я тебя не осуждаю.

Сам по молодости разного успел натворить. Только ведь, сын, ошибки исправлять нужно. Для того Господь и дает нам время и силы. А шрам… Что шрам?! – он небрежным взмахом руки отмел попытку Максимилиана возразить. – Глупости одни это! Главное, что у тебя здесь, – король чуть раздраженно постучал пальцем по лбу герцога. --Каждому Господь ношу по силам дает. Раз тебе такая выпала, значит, сможешь нести, если не сдашься. Так что завтра бумаги я подпишу, и поезжай с Богом. А жене все же письмо напиши. Понял меня?

Проводив отца, Макс вернулся в башню и в раздражении глотнул из кубка. Горячее вино давно остыло, и вкус показался особо противным. Напоминание о браке тоже радости не добавило.

«Какой смысл в этом всем? Да еще и письмо… Что может эта эспанка понимать в жизни?! О чем я могу писать?! Молиться я ей не мешаю, денег выдал… Нет уж, нужно отцу – пусть сам пишет! Он этот брак устроил.

».

Еще около часа он вяло перебирал стихи, размышляя о даре, который Господь вложил в некоторых: «Ведь вот про Лейста Франкийского говорят, что пьяница и безбожник, а смотри-ка, как умеет! Как-будто в душу мне заглянул!»

Строчки на листе бумаги, переписанные им самим в надежде издать сборник, гласили:

Феникс

Искромсав, растерев, и по-новой слепив воедино,Но уже без души, или с нею, но только на вдох,Прошептала на ухо, прощаясь, лихая година:Не ропщи, а ликуй, потому, что покуда не сдох.

"

"И ушла восвояси, следы затянула позёмка.Я стою на ветру и, пожалуй, не двинусь покаЧто внутри, что снаружи царят пустота и потёмки —Да, я жив. Но живу ли, не ведаю наверняка.

Мысль о требовании отца написать письмо эспанке раздражала, герцог все время возвращался к ней: «Что я могу ей написать?! О чем с ней говорить?!».