Более того!
Никита продолжил то занятие, на котором Аля прервала его расспросами.
А конкретно – изучать ее тело.
Теперь со спины.
– Никит…
Ей не удосужились ответить. Зато положили ладонь на шею и слегка сжали, отчего она не то что забыла, что хотела сказать, она и имя свое запамятовала!
Потому что тело прострельнуло. Каждую клеточку, каждую молекулу. Распалило, разбросало на мельчайшие оттенки.
И лишь от одного жеста…
Сочетание прохлады, полученной от воды, и нагретого солнцем тела Никиты уносило остатки разума прочь, погружая Алевтину в сочное томление, в вожделение, которому невозможно противостоять.
Доминирование Никиты ей более чем зашло. Настойчивость, его желание – то, что надо любой девушке. Ей особенно! Чтобы не думалось, не размышлялось.
А только чувствовалось.
Пальцы Никиты слегка сдавили шею, усилили давление. Задели подбородок, дотронулись до губ Али.
И властно ткнулись дальше… Пискнув, она послушно приоткрыла губы, впустив его пальцы внутрь. Они имитировали оральный секс. То, что он с ней собирается проделать в ближайшем будущем.
– Ты мелкая зараза, ты в курсе? – послышалось строгое.
Аля непременно улыбнулась, если бы могла.
Сейчас все ее мысли были заняты Никитой. Точнее, его телом. Таким горячим и большим. Таким…вкусным.
Она стояла и ничего не делала. Лишь дышала. Соски призывно торчали, трусики ничего не скрывали.
Мужчине и не требовался ее ответ. Второй рукой он отодвинул мокрое кружево в сторону и накрыл лоно ладонью. Полностью… А потом вдавил.
– Смотри, что мы сейчас будем делать.
Ты – стоишь и ничего, абсолютно ничего не делаешь. Лишь выставишь руки вперед, чтобы не упасть. И будешь держаться о стену крепко. Очень. И еще слушать, что я говорю… Без моего разрешения ты не сдвинешься с места. Иначе… получишь по заднице. Вот по этой…
В подтверждение слов Никита переместил пальцы и сжал ягодицу Али. Один раз, второй. Потом провел между ними, затронув чувствительные места, отчего она ахнула и выставила руки вперед. Давно растрепавшие волосы прилипли к лицу.
Где-то мешались. Она прикрыла глаза, полностью сосредоточившись на том, что происходит с ее телом.
Вот оно…
Вот так оно должно откликаться.
Остро и сладко одновременно.
Когда кажется, внутри все закипает и нет сил терпеть. Подрагиваешь от нетерпения, переминаешься с ноги на ноги, ерзаешь. И градус напряжения все растет. Стремительно. И его не остановить."
"Еще дыхание Никиты. Оно тоже возбуждало. Придавало пикантности, некой истерии лично для Али.
