Едва давление на плечи пропало, ящер тут же вскочил на ноги и, встав в боевую стойку, без каких-либо лишних промедлений принялся сокращать дистанцию. Киношных обменов взглядами, лишних слов или даже попыток банально отдышаться и перевести дух не было и в помине.
Первый удар пришёлся сверху — зелёный просто и незатейливо обрушил мне на голову свой скимитар, очевидно проверяя рефлексы и пристреливаясь. А вот затем, изобразив корпусом несколько волнообразных движений, очевидно маскирующих начало будущей атаки, он хитро извернулся на месте и выбросил целую серию рубящих и колющих ударов, стремясь хоть как-то меня задеть.
К слову, в отличие от его незадачливых сородичей, которые в нашем оружии изначально почему-то отказывались видеть угрозу, я так глупо подставляться не собирался — в голове даже мыслей не возникало о каких-либо самоубийственных попытках проверить способен ли его меч пройти сквозь мой барьер.
Более того, не собирался я и играть с ним в поддавки, так как вновь ощутил подбирающуюся к моим мозгам волну энергии.
Это чувствовалось так, будто кто-то осторожно, практически неощутимо положил ладони на мою голову, но при этом совсем не спешил действовать дальше. Стало однозначно ясно, что готовил он свою атаку довольно аккуратно, очевидно копя энергию и выводя момент.
Невероятно ловкий и юркий ящер крутился вокруг меня волчком, уворачивался, отступал и снова наступал, то и дело нанося удары с самых разных и порой весьма неожиданных направлений.
При этом он старательно скрывал свой главный, коварный и наверняка смертоносный для противника, то есть меня, удар. Впрочем, долго ждать воплощения его задумки не пришлось."
"Позволив мне несколько раз контратаковать, зелёный один из моих выпадов ловко пропустил мимо себя, и в ту же секунду, наконец атакуя меня ментально, попытался поймать мою тушку на встречном движении, чтобы пробить своим широким клинком насквозь.
Только вот ожидая, что против меня готовят какую-то хитрость, и ощущая эманации его силы рядом с собой, я был готов к этой коварной атаке и в самый последний момент придержал врага телекинезом за локоть, не позволяя его конечности выпрямиться и закончить задуманное.
Следующим же ударом, не останавливая своего движения и заходя врагу фактически за спину, я отсёк ему сначала ведущую руку, а следом, не обращая внимания на вырвавшийся вопль боли противника, отделил от тела и вторую конечность.
