— Ты почему ещё не отправила Нааму подслушивать? — улыбнувшись, бросил я, заглядывая сестре в глаза.
— А что, так можно? — искренне удивилась она, вскинув брови.
— Всё можно, если осторожно. Главное потом никому не давать понять, что обладаешь информацией. Это ж наше оружие, Вика — грех не пользоваться! — неспешным и поучительным тоном заключил я.
— Ну… хорошо, — протянула она после короткой паузы, чуть сжав мою руку.
Спустя несколько секунд, после того как я это произнёс, в паре метров от цесаревича замаячили сразу две тени — Кали и Наама, которые практически в режиме реального времени передавали нам разговор Романова с танцующей с ним в паре аристократкой.
Если не вдаваться в подробности, то кратко происходящие беседы можно было охарактеризовать одним словом — допрос. Глеб действовал методично. Каждый разговор строился по одной схеме: начало лёгкое и нейтральное — образование, языки, интересы. Потом — вопросы глубже: планы на семью, количество детей, наличие вредных привычек и бытовые моменты.
К слову, из раза в раз он также не упускал возможности задать вопросы и о наличии прошлых романов претендентки."
"Тут было важно добавить, что несмотря на мой ярлык в виде слова «допрос», Глебу стоило отдать должное — он умел работать с людьми. Его манера держаться располагала: улыбка, лёгкая ирония, внимательность к словам собеседницы. Девушки отвечали охотно, нередко даже подробнее, чем следовало. Он был галантен, в меру красноречив и обаятелен. Слушал внимательно, подмечал детали и ловко возвращал тему, если разговор уходил в сторону.
Кому-то могло даже показаться, что это импровизация, но я видел — без серьёзной подготовки здесь точно не обошлось.
С каждой новой композицией менялись только партнёрши, а вот область интересов цесаревича — практически нет. Он собирал данные, шаг за шагом формируя психологические портреты. И умудрялся выстраивать и направлять беседу таким образом, что всё его любопытство выглядело вполне уместным и ненавязчивым — ни одна девушка не ощущала давления.
Напротив, многие выглядели польщёнными вниманием. Лица светились, улыбки становились мягче, движения свободнее. Принц явно знал, как произвести впечатление.
А если добавить к этому ещё и то, что в силу особенностей этого мира, врать здесь было не принято, подобные разговоры превращались в серьёзный инструмент.
Правда, какая от этого может быть польза будущему главе государства? Конечно же, с учётом того, что выбор его уже давно закреплён на бумаге.
