— Прости… — скупо выдал князь, сразу же узнав лицо жены.
Прикусив нижнюю губу, она, похоже, только-только стала понимать, что худшее уже позади. Казалось, что возникшая тишина, несмотря на приглушённые звуки из соседней комнаты, продлилась вечно. Княгиня опустилась на колени перед мужем, и уперевшись лицом в его ногу, перестав сдерживаться громко зарыдала.
Наблюдая эту сцену, я почувствовал себя очень неловко, поэтому оставив стаканы с водой на столике между двух кресел, направился прочь.
Уже на балконе, куда я вернулся не желая наблюдать за проходившим в гостиной допросом, меня вновь нашёл тот самый демон, что совсем недавно повстречался мне в пещере.
— Сззнаал, чшшшто вффстречщууу вфаасс сздесссь, гозссподииин.
Глава 2
После успешного выполнения операции в Туле, Евгений Константинович спешно вернулся в столицу своего княжества, оставив меня с сыном и братом погостить у Новицких. Если я верно понял, то правилом хорошего тона было выказать благодарность союзникам за сотрудничество и помощь.
Для нас был организован праздничный ужин, небольшая экскурсия по княжеству, в том числе и по нескольким предприятиям. Естественно, молодой княжич Новицкий весь день провёл вместе со мной и Андреем, лично организуя наш досуг. Таким образом аристократы укрепляли межродовые связи и союзнические отношения. Ну а я… я воспринимался просто как свитский. Правда по всей видимости из-за того, что на турнире победила именно моя команда, отношение было весьма уважительным.
Что касалось нашего признания, и в целом освещения финала турнира, то имперская пресса выпустила пока только один ролик, в котором скромно, довольно кратко и без упоминания о нашествии демонов, описывались произошедшие события, а также демонстрировалась картинка выходящего из разлома с камнем в руках Васнецова. И как я понял, победители турнира не принадлежащие ни к одному княжескому роду, в условиях нестабильности и разгоревшегося междоусобного конфликта в империи, устраивали в нашем аристократическом обществе более чем всех.
Уже вечером второго дня после нашего возвращения из разлома, стало ясно, что самого страшного, а именно гражданской войны, удалось избежать. С грустной речью выступил по телевидению сам император, объявив завтрашний день днём скорби и памяти о погибших детях. Было обещано провести серьёзное расследование на самом высоком уровне и естественно, самая суровая кара для всех виновных и причастных.
