– Не нравится, можешь пойти домой пешком, – лениво огрызаюсь я, делая пару глотков из кружки.
– У тебя появилась персональная совесть? – лыбится Беркут.
– Могу отдать. Недорого, – возвращаю ему язвительную ухмылку.
– Мальчики, – неожиданно для всех Полина ставит на стол ту самую коробку в чёрной плёнке. – А хотите конфетки?
Глава 8
Полина
Знал бы Ваня, как у меня внутри сейчас всё вибрирует. Чёртово дежавю продолжается. И в каждом из них я с огромным трудом узнаю тех самых друзей детства своего сводного.
По деталям, по манере общения. Компания, в которой и тогда, и сейчас я – лишняя деталь. Они даже общаются весь вечер так, будто меня здесь нет. Но ведь видят! Они меня видят! Бросают заинтересованные взгляды, потом насмешливые на Ивана, словно общаются ещё и мысленно. Жутковатый татуированный парень сидит наискосок от меня и смотрит как на муху, ползающую по лобовому стеклу его тачки.
Будто у заносчивого сводного эгоиста могли быть какие-то другие друзья. Только такие же, как он сам, поэтому конфетки приехали очень кстати.
Очаровательно улыбнувшись всей компании, вскрываю упаковочную плёнку, но не до конца, чтобы не портить сюрприз. Ногтями отклеиваю прозрачный скотч от крышки картонной коробки. Вынимаю из неё хрустящий пакетик, разрываю и высыпаю на стол леденцы в форме мужского члена с некоторыми деталями анатомии, прямо как было на картинке.
– Сосите с удовольствием, – моя улыбка становится шире, а внутренности обваривает кипятком.
У Вани вытягивается лицо и заметно дёргается глаз, у татуированного парня, которого все зовут Назаром, голубые глаза становятся синими.
Коротко стриженый, спортивный, кажется, Миша, клацает зубами о свою кружку с пивом и фыркает прямо в густую белую пену. Ещё двое, Беркут и Илья, странно переглядываются и практически одновременно начинают ржать.
– Мля-а-а, – Беркут хлопает ладонью по столу и забирает один леденец себе. Внимательно рассматривает, засовывает в карман. – Ванёк, походу, тебя только что сделали, – продолжает угорать он.
Веселье быстро резонирует на всех остальных. Даже жуткий Назар берёт один леденец и с ухмылкой крутит его пальцами. Ваня залпом допивает своё пиво, заказывает ещё.
– Посмотрим, – коварно улыбается мне и достаёт телефон.
Включает фронтальную камеру, и его улыбка становится кошачьей."
"– Всем привет, – в его тембр добавляется лёгкая хрипотца. – Мне сегодня жаловались, что давно не было прямых эфиров, – говорит сводный.
