***
В тот вечер, мы продолжили начатый разговор. Личных тем не касались, поговорили только о быте. Говорил в основном Егор.
— Я знаю, что ты очень устала, день был трудный и эмоциональный. Долго говорить не буду. То, что сейчас скажу, с твоей стороны обсуждению не подлежит. Я не хочу возвращаться больше к этому разговору, — в низком голосе звенело раздражение, едва сдержанное.
— Первое — ты живёшь здесь, не о каком переезде речи быть не может.
Второе — у нас общая продуктовая корзина. Продукты закупаю я, ты мне говоришь, что нужно купить, в том числе ребёнку, или составляешь список.
Если иногда приготовишь обед или ужин, буду очень признателен.
Третье — если тебе надо куда-то отлучится, в больницу, магазин, салон красоты или институт, говори, не стесняйся. Я посижу с племяшкой — слово племяшка» резануло слух. Превратности судьбы… Если б ты знал Егор, что являешься отцом и дядей этому ребёнку, одновременно.
Ника, хочу чтоб ты поняла, я настроен дружелюбно и не собираюсь тебя в чём-то упрекать.
Что было, то прошло… Как говорят, кто прошлое помянет, тому глаз вон… Мне мой глаз дорог, — усмехнулся. — Я был бы рад, если у нас получится наладить родственные отношения, как раньше. По крайней мере я буду очень стараться — улыбнулся, протянув мне руку.
Не задумываясь протянула свою, потом чуть не задохнулась, когда он сгрёб меня в охапку и поцеловал в голову. Моего обоняния коснулся запах его тела — уютный, тёплый плюс аромат туалетной воды — прохладный, зелёный, на контрасте с запахом его тела.
Вместе — сумасшедший коктейль, который, и согревал, и возбуждал одновременно. Словом, пах он безумно вкусно. Мне так захотелось прижаться к его плечу, и вдыхать его… вдыхать… пока не наполнятся лёгкие.
Егор первый отстранился, прочистил горло и отошёл. Без его загребущих рук стало холодно, хотя в квартире было тепло. Я смотрела, как он включил воду и пил её прямо из-под крана. Хлестал жадно, набирая в ладонь и поднося ко рту. Вода стекала по его лицу, шее, груди.
Это зрелище меня возбуждало…
Какая я слабая… мелкая перед ним в своих чувствах!"
"— В горле что-то пересохло, — кашлянул, — говорить сложно, — вытер тыльной стороной ладони рот.
— Вот в принципе, всё что я хотел сказать. Что ты думаешь по этому поводу, Ника?
Мы просто стояли лицом к лицу, смотрели друг на друга.
— Согласна со всеми пунктами. Если ты взял на себя обязанность провизора, я буду готовить, не иногда, как ты сказал, а всегда. Мне это не сложно, — улыбнулась.