– Я бы хотела спросить у свахи, – начала она медленно протяжно, и от звука ее голоса кровь у меня в жилах превратилась в колкий лед, – как именно она выбирает невест моему брату?"
"Вейлин не дала мне возможности ответить: оскалилась, скребя ногтями по полированной поверхности стола, и вовсе не выглядела человеком, которому можно доверить управление княжеством. Я вспомнила, что она больна, и ее мутный взгляд, как будто подернутый синеватой пленкой, говорил мне больше, чем могли сказать лекари.
– Ты вычеркнула меня из списка, тварь! – на губах Вейлин вскипела пена, и ее конвульсии, принятые мною за признак ярости, стали больше похожи на приступ. И мне сразу все стало ясно: это Вейлин в поисках списка перерыла мои вещи, а когда нашла – обезумела. Ведь предыдущей ночью я вычеркнула ее из претенденток на сердце и руку Лоркана.
Князь и маг застыли, не зная, что делать.
– Вейлин, перестань, – ласково, словно говорил с диким зверем, произнес Одхан, поднимая ладонь в воздух.
Между пальцев затрещали искры.
Княжна уставила на него слепые от ненависти глаза и осклабилась:
– Только попробуй, колдун, и твоя голова полетит с плеч прежде, чем ты скажешь: “Ой”.
Одхан попятился, пряча руки за спину.
– Пожалуй, мне пора, – пробормотала я, поднимаясь из-за стола. Полубезумная княжна пугала меня до чертиков, неизвестно, что ей еще придет в голову. Вейлин же имела на меня другие планы.
Слепую зашарив по столу, она накрыла ладонью столовый нож, взмахнула рукой.
Словно в замедленном действии я наблюдала, как нож летит в мою сторону, целя между глаз. Я даже не успела испугаться, когда металл пробил плотную ткань, вонзаясь в беззащитную плоть. Фонтаном хлынула кровь, заливая белоснежные одежды.
– Княжна, да вы с ума сошли! – прошептала я, едва шевеля трясущимися губами. Перед глазами разливались радужные пятна, я не чуяла под собой ног. Снорре с тихим вздохом вытащил из плеча нож, который вошел почти на половину – Вейлин швырнула его с такой силой, что без труда вогнала металл в тело капитана слишком глубоко.
Такой порез нельзя было считать простой царапиной. Снорре зажимал рану и улыбался, но губы кривились от боли.
– Жить буду, бывало и хуже!
А кровь все заливала и заливала белый мундир, маслянисто блестела на звёздах и пуговицах. Лоркан, вскочивший со своего стула, без лишних сантиментов скрутил Вейлин, но та и не сопротивлялась.
