Снорре помолчал, переваривая ответ, а затем робко, как смущающийся юнец, произнес:
– Неужели у нас всех действительно есть одна-единственная половина? И других вариантов нет?
Я не удержалась от смеха – он разлился в темноте звоном одинокого ветряного колокольчика. Уязвленный Снорре вскинул голову, намереваясь добавить еще что-то, не исключено, чтобы вновь пройтись едким словцом по моему ремеслу, но я успела раньше:
– Все обстоит не так, капитан. Есть люди, которые подходят друг другу, предназначены свыше судьбой.
Но это не значит, что нет других, которые точно так же подошли бы. Мы многое усложняем, когда пытаемся найти среди одинаковых драгоценных камней один, особенно дорогой.
В этот раз гвардеец молчал гораздо дольше, видимо, пытаясь уложить в голове мои слова так, чтобы картина мира, которая складывалась годами, не сильно потрескалась. Я очень не любила мешать людям смотреть на мир так, как они привыкли.
– Капитан, позвольте спросить? – я решила воспользоваться моментом. Снорре рассеянно махнул рукой, мол, валяйте.
– Если бы я сказала, что вам в пару судьбой предназначен человек, которого вы ненавидите всей душой. Возможно, есть еще кто-то, но сейчас – только эта особа. Чтобы вы сделали?
Я знала, что реакция капитана могла быть любой: от недоумения до бешенства, но и предположить не могла, что он лишь улыбнется. А затем поднимется на ноги, намереваясь уйти.
– Смирился бы."
"Я пораженно заглянула ему в лицо. Голубые глаза тоже улыбались, Снорре говорил искренне, не прибегая к ехидным насмешкам в качестве защиты от окружающих.
– Но почему?
Улыбка его на какой-то миг стала грустной, как будто он уже о чем-то знал, но предпочитал молчать.
– Кто я такой, чтобы спорить с самой судьбой?
* * *В отсутствии верного телохранителя Лоркан подвергся нападению. К счастью, не наемного убийцы, а всего лишь хмельной дамы средних лет в кричаще ярком платье. Она была старше его, а ее холодная красота – красота остро заточенного клинка, – поражала окружающих мужчин в самое сердце.
На князя, терпящего бедствие под натиском светской красавицы, кидались красноречивые взгляды, полные откровенной зависти.
Сам Лоркан польщенным себя чувствовать не спешил. Дама напирала – едва ли не вешалась ему на шею, а при нашем со Снорре появлении обожгла меня взглядом: проваливай! Ну точь-в-точь хищница, отгоняющая тех, кто посмел претендовать на ее добычу.
– Вы звали, мой князь? – ничуть не смутившись, уточнила я, надеясь на отрицательный ответ.
