Не знаю, сколько прошло времени, но как бы ни пыталась, как бы ни подбадривал Чет, на сложенных вместе ладонях не возникло даже крошечной искорки. Я нервничала, невольно злилась, огрызалась на замечания аджана, а магия все не появлялась.
Вот совсем не появлялась!
Ни капельки, ни искорки, ни лепестка пламени… Ни-че-го!
Словами не передать, как мне было обидно. Ведь я ее ощущала! Внутри себя, где-то в глубине своего естества. Ярким солнышком, теплом, разливающимся под кожей… Только вот показываться сила не решалась.
Не то была слишком стеснительной, не то я делала что-то не так.
— Машка, а ты, часом, не беременна? — неожиданно задал провокационный вопрос аджан. — А то ведешь себя так, будто на сносях. Хнычешь, злишься, психуешь и никак не можешь сосредоточиться.
— Не беременна я! — буркнула в ответ, досадливо ударяя каблуком."
"Я сидела на полу и пыталась не то медитировать, не то мысленно убедить магию быть чуть менее строптивой и чуть более покладистой. И если со стражем получилось договориться, то с капризной силой поладить никак не удавалось.
Если честно, я уже сама толком не понимала, что делаю и как быть дальше.
— Точно? — недоверчиво переспросил аджан.
— Точно! — окончательно разозлилась. — От поцелуев еще никто не беременел. А я хоть и Мария, но не та, о которой написано в Библии!
— В библи… чего? — не понял Чет.
— Проехали, — махнула рукой и без сил рухнула на пол.
Зря вспомнила про поцелуи и ласки. По телу тут же побежали мурашки. К моей досаде, до обидного приятные, словно вот это тело, а может, я сама, мечтало о продолжении.
Жаждало этого…
Ну вот еще! Окстись, Машка!
— Не беременна так не беременна, — продолжал назойливо рассуждать Виньецкий. Навис надо мной, распластавшейся на холодном камне, и теперь заинтересованно изучал, словно приколотую к картонке бабочку. — Но может, тебе бы этого хотелось, оттого и перепады настроения? Ну знаешь как у вас девиц бывает: громко возмущаетесь, отбрыкиваетесь, нос задираете, а сами только о том и думаете и ждете, чтобы так и случилось.
Тебе ж Андрюха явно понравился! А детки бы у вас какими красивыми получились…
Убью!
Я сама не поняла, как у меня это вышло. Перед глазами вдруг занялось алое зарево, да такое яркое, что пришлось зажмуриться. Я не на шутку испугалась, что обожгу себя или Чета, но никакой боли не последовало, только по ладоням побежало тепло. То самое, что вот уже который день согревало мне сердце…
Резко сев, почувствовала, как губы расплываются в радостной улыбке.
