Не только ощущать жар внутри себя, но и видеть магию своими глазами. Но не в спальне же тренироваться. Балдахин, ковры, занавески — будет жаль, если все это превратится в пепел. К тому же домочадцы начнут задавать вопросы… Рисковать библиотекой с ее драгоценным содержимым тоже не хотела. Просто не имела права подвергать обитателей замка и его богатства опасности.
— Вот только не надо мне тут сопли по стеллажам развешивать! — строго рявкнул Чет. — Тебе, Машка, прекрасно известно, что я не люблю все эти ваши женские трагедии.
— Не смешно, — буркнула я, борясь с желанием шмыгнуть носом.
Но под грозным взглядом аджана не отважилась. Спрятала лицо в колени и горестно завздыхала.
— Я и не смеялся. Может, ты стражу не понравилась?
— Кому? — вскинувшись, вопросительно посмотрела на своего подельника.
— Все время забываю, что ты не нашенская… — Чет смерил меня снисходительным взглядом. — Конечно, у библиотеки есть свой дух. Страж. Он был и у Вяземского. Обрадовался тебе, как родной.
Сам же и вернул книги из твоей комнаты на место. Иначе бы у князя наверняка появились вопросы, с чего это вдруг его кровиночка заинтересовалась магией.
— Час от часу не легче…
А ведь я совсем забыла про книги! А оно вон как вышло: подсуетился неведомый страж.
— И откуда ты все знаешь?
— Мне сон не нужен, так что своими глазами видел.
— Погоди… — В груди тревожно екнуло сердце. — Если здесь свой страж, он же может меня выдать!
Паника накрыла с головой. Я вскочила и заметалась по библиотеке, нервно кусая губы, заламывая руки и в ужасе представляя, что по возвращении князь узнает, кто я такая и что из себя представляю.
Иномирянка, напичканная магией.
Потенциальный инкубатор.
Еще решит, что такая корова самому нужна, и фиг мне, а не Земля.
— Я же за три дня тут столько всего наговори-и-ила, — едва не взвыла. — И ты не предупредил! — накинулась на Виньецкого, борясь с желанием оторвать ему хвост, рога и взболтать мозги, которые ему, судя по всему, не нужны.
— Чет, ну вот за что ты так со мной?!
— Стоп, стоп, стоп! — навис надо мной чертяка. — Не паникуем, душа моя. Дышим, дышим… Никому и ничего он не выдаст. Просто не сможет. Стражи призваны охранять знания рода, по мере возможностей помогать, только говорить они не способны. А ты, даже толком не разобравшись, сразу начинаешь рычать!
— А ты не мог бы сначала предупреждать, а потом пугать? — прошипела я, раз уж мое рычание ему пришлось не по нраву.
