Она, конечно, юна и в таком возрасте сам бог велел бунтовать против родни, но у меня появилось впечатление, будто девочка специально нас стравить хочет. То ли от скуки, то ли вообще проверяет. Письмо это…
Нет, Маша, не смей мечтательно закрывать глаза и тепло думать о князе! Мало ли что он там тебе написал! Может, высокопарно напомнил о том, что из себя представляет Софья Вяземская, и посоветовал во всем слушаться «маменьку». Заглядывать ей в рот, вилять перед ней хвостом и молчать в тряпочку, послушно пресмыкаясь перед местными гарпиями.
Все может быть…
Пауза затянулась, и я поспешила ответить:
— Спасибо за информацию. Полагаю, ваша матушка просто запамятовала, и чуть позже она обязательно мне все передаст.
— Вы правы, Софья. — Наталье пришлось со мной согласиться. — Мама не ожидала, что вы появитесь так рано…
«Да еще и в недособранном виде», — повисло в воздухе невысказанное.
Правда, насмешки в голосе Наташи я не услышала, она просто констатировала очевидное.
— Мама иногда бывает… очень прямолинейной.
Я покивала в ответ и стала ублажать свой уже недовольно урчащий организм. Наташа последовало моему примеру, с удовольствием сосредоточившись на десерте. В моей тарелке обнаружилось нечто, на первый взгляд, неопределимое. Даже Софьина память на этот раз оказалась бесполезна. Видимо, у Вяземских это блюдо не подавалось, поэтому я понятия не имела, как оно называлось.
Кальмары, мидии, креветки в шпинате с зеленым горошком и еще каким-то измельченным овощем, и совершенно точно кедровыми орешками… Потрясающе вкусно!
Сама не заметила, как тарелка опустела, и ее место тут же заняла другая, поменьше — с десертом.
Пышные, золотистого цвета оладушки так и манили их попробовать. Полив эту красоту вишневым вареньем, отправила в рот первый кусочек. Не ожидала, что венские вафли можно делать в виде оладушек!
Боюсь, если и в поместье Воронцовых так будут готовить, моей фигуре начнет грозить серьезная опасность.
— Расскажи о своем доме, — попросила Наталью, желая разбавить тишину, тем более что девушка уже закончила завтракать и теперь допивала чай.
— Черноморье, наверное, в цвету…
— К сожалению, почти отцвело, — с легкой улыбкой ответила она. — А жаль…
Наташа мечтательно прикрыла глаза."
"— Вы обязательно должны это увидеть! — добавила немного погодя с восторгом и любовью, которую явно испытывала к родному дому. — У нас всегда очень красиво! Пейзажи как на полотнах Васильева.
