"
"— Надо сообщить о ней куратору, — вздохнул второй, не дождавшись от меня ответа.
— Зачем ему какая-то девчонка? — поморщился мучитель.
— Глянь на ее запястье. У нее сателлит. Значит, владеет магией. Нельзя оставлять ее на улице. Она явно неучтенная.
Мы с мучителем одновременно перевели взгляд на мое правое запястье. Уж не знаю, кто больше удивился — он или я. Но мы точно оба были в шоке. На моей коже пока едва заметно обозначился иероглиф — верный признак наличия сателлита. Но еще десять минут назад его не было! Точнее его не было до того, как мучитель коснулся меня.
Он что же… пробудил во мне магию? Поэтому было так паршиво?
Я не слышала о подобных случаях. Я вообще до смешного мало знала о магии. В трущобах маги почти не встречаются. Если у тебя есть сателлит, ты переезжаешь в место получше.
Мучитель тряхнул головой, словно прогоняя морок. Его глаза снова зло сузились. Стерев рукавом кровь со щеки, он наклонился и шепнул мне на ухо:
— Я тебя запомнил, дрянь. Однажды сочтемся.
С той памятной встречи прошло три года.
Не было ни одной ночи, чтобы мучитель не снился мне в кошмарах. Настойчиво приходил снова и снова, заставляя меня просыпаться с криком.
И все же я надеялась, что в реальности мы больше никогда не встретимся. Я даже имени его не знала. До этого дня.
Но теперь я в курсе, кто это был. Вэйд, чтоб его, Даморри. Говорят, иногда любовь возникает с первого взгляда. Между нами тоже с первого взгляда возникло сильное чувство. Ненависть.
Если Вэйд меня все же запомнил, то мне придется сильно постараться, чтобы остаться в Академии.
Это будет чертовски сложный год.
Глава 2
Узнал или нет?
— Любое ментальное воздействие на других студентов, кураторов и, упаси вас дракон, на преподавателей строго запрещено, — голос Вэйда Даморри ворвался в поток моих воспоминаний.
Столько лет прошло, а он все еще вызывает у меня нервный озноб. Лопатки затекли, так я напряглась. Казалось, сзади, со спины ко мне подступает навеянный им кошмар.
Я с силой сдавила запястье, но все же удержалась от призыва сателлита.
Нельзя показывать слабость. К тому же в словах Вэйда мелькнула надежда для меня. Если в стенах Академии запрещено использовать ментальную магию, то и к нему это тоже относится, верно?
— Нарушение запрета карается максимально строго — отчислением без права восстановления, — добавил Вэйд.
Звучит отлично. Я приободрилась. Надеюсь, запрет распространяется не только на студентов, но и на кураторов. Я уж точно буду паинькой.
