Хотела? Хотела!
Получила? О да! Больше, чем надеялась!
Понравилось? Сильно! До сладкой боли внизу живота от одного лишь воспоминания. И блаженной улыбки, которая упорно тянула уголки губ в стороны.
Пожалуй, ради этого можно было простить и животную грубость Бадоева, и отметины, и даже самый первый раз без защиты.
Об этом моменте Вероника вообще старалась не думать. Включила страусиную тактику, да и большой опасности, скорее всего, не было.
Заразить ее какой-нибудь дрянью Руслан не мог. Во всяком случае, все его офисные антистрессы регулярно проходили медосмотры и на здоровье не жаловались.
Заделать ребенка... Даже этот трудолюбивый осеменитель неспособен был совершить чудо и изменить невеселый диагноз.
«Стоп! Стоп! Стоп!» – на мыслях о диагнозе Вероника тряхнула гривой и легонько отхлестала себя по щекам.
Следом за диагнозом обычно вспоминался Паша с его новостью про беременную любовницу. Потом – жестокие слова врача о том, что шансов на естественное оплодотворение очень мало. И как вишенка на торте – собственные слезы в подушку.
Учитывая, что из развлечений в этом доме был только член хозяина, и то лишь по ночам, с мыслями о детях можно было повеситься.
«Я просто обязана найти себе занятие! Чем скорее, тем лучше!» Так и не испробовав сауну, Вероника вернулась на кухню и принялась усиленно думать.
Перспектива заработать депрессию мотивировала качественно. Опыт офисной работы ничем не помогал. Но спустя полчаса она уже приступила к выполнению целого списка задач.
Обернутый в целлофановый пакет мобильный телефон взлетел высоко в воздух, отправляя первое сообщение паникерше Лене.
Сосед, который до этого внимательно поглядывал за ней через забор, завел снегоуборочную машину и въехал во двор.
А на сковороде, порезанное на идеальные стейки, зашкварчало мясо.
* * *Как Руслан и предполагал, на утреннюю планерку он не успел. Фёдор уже распустил бойцов, когда Бадоев поднялся на этаж службы безопасности, потому пришлось собирать всех заново.
Скорость, с которой это стадо бездельников стягивалось в переговорку, поражала воображение.
Зомби на кладбище, вероятно, ползли бы быстрее. Каждый считал своим долгом заглянуть по дороге в приемную начальника, пустить слюни на пустой стол его секретарши и только потом плёлся дальше.
Как итог планерка больше напоминала утро стрелецкой казни. Нагоняй получили все от Фёдора до охранников на парковке. Никакие отговорки в виде того, что завтра тридцать первое декабря и жены уже строгают оливье, не были засчитаны.
