* * *"
"В свои сорок четыре Руслан Азимович Бадоев был здоров как бык. Он не знал, что такое простуда, головная боль или любимое мужское «защемило». Единственное, от чего его щемило – красивые женщины с космическим вакуумом в голове.
Именно такой была первая и единственная жена начбеза. Десять лет он терпеливо нес свою кару за то, что в двадцать на волне спермотоксикоза прогулялся в ЗАГС. Еще десять – сходился и расходился. А последние четыре начал, наконец, жить в свое удовольствие.
Без блондинок.
Без вакуума.
Без неземной красоты с купюроприемником вместо сердца.
В кровати сменялись Нади, Вали, Даши. Безымянным пальцем он теперь пользовался исключительно в эротических целях. И казалось, что так можно счастливо дожить до старости.
Он бы и дожил, если бы не босс с его бесценной секретаршей, которая умудрилась спутаться с осведомителем конкурентов и теперь переходила под полный контроль СБ. Круглосуточный, мать его!
Не такой он ждал подарок на Новый год. Совсем не такой!
Последняя пассия, Валентина из сметного отдела, уже прямым текстом говорила, что соскучилась.
Младший Бадоев твердым поленом в трусах требовал по утрам влажных женских объятий. И по графику отпусков числилась его неделя свободы.
Целая неделя в кровати! С ласковой бабой. Во всех плоскостях.
Но...
При мысли о «но» в дверном проеме показалась длинная нога и высокая грудь. Идеальные до паралича в штанах. Словно созданные для поглаживания, облизывания и других более смелых игр.
Но следом за грудью показалось еще и лицо.
Тоже красивое. Пухлые губы одним своим видом могли лечить импотенцию даже у стариков.
Но у Бадоева имелось досье на обладательницу этих губ. И, судя по тому, что в нем содержалось, за красивой оболочкой прятался феерический вакуум. Все, как он любил!
– Руслан Азимович, – будто одной внешности было мало, Вероника включила свою фирменную тональность, грудную, глубокую. Словно ушную раковину языком ласкала. – Готова исполнять обязанности. Где прикажете разместиться?
Вопреки желаниям хозяина, член Бадоева тут же с готовностью уперся в крышку стола.
По хребту пронеслась горячая волна. И начбезу пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы не сказать первый, пришедший на ум, вариант ответа.
– В приемной сейчас стол поставят. Там и располагайся. – Двадцатилетний опыт бодания с женой не прошел зря, и справиться с собой удалось быстро.
– А компьютер? – Вероника надула и без того пухлые губы. Взмахнула ресницами.
С секундной задержкой Руслан вспомнил, где он и кто.
