— Какой затейливый у нас друг…
Зак очень довольно усмехнулся, с чувством поцеловал Эрика, повернув голову, а затем прошептал:
— Ну давай тогда я сяду…
Эрик придвинулся ближе. Быстро смазал себя, придержал член, помогая Заку насадиться на него. Потом обнял поперек груди. Зак коротко застонал, повел бедрами, устраиваясь. Эрик поцеловал его между лопаток, по опыту зная, какое чувствительное там место, и снова согнул пальцы внутри Курта.
— Даже не знаю, кто из вас более горячий и тесный, — прошептал, почти не смущаясь такой откровенности.
— Хороший вопрос, — отозвался Зак задумчиво. — Я редко кому-то давал, а ты? — он посмотрел на Льюиса. — Зная твою любовь к крепкому стояку…
Курт втянул носом воздух, потому что в этот момент Зак с Эриком снова с силой согнули пальцы, и закрыл глаза.
— Только тебе, — ответил он шепотом, и пальцы Зака дрогнули.
У Эрика перехватило дыхание. Он посмотрел на Курта, радуясь, что тот так и не открыл глаза, медленно двинул бедрами.
— Почему я? — наконец задал он не дававший покоя вопрос.
Зачем этим двоим, так очевидно любящим друг друга, понадобился он? И почему из тысяч покладистых молоденьких мальчиков и Зак, и Курт выбрали его?
— Ты понравился Заку, — Курт все-таки открыл глаза и посмотрел на него с мягкой улыбкой. — Настолько, что он был готов оставить меня за бортом.
— И ты понравился Курту, — продолжил его мысль Зак. — Настолько, что он готов был мне это позволить.
— И да, наш возлюбленный друг, мы тоже очень рады, что понравились тебе настолько, что ты оказался готов сломать для нас все свои Великие Китайские стены, — закончил Курт с улыбкой и свободной рукой дотянулся до руки Эрик, переплетая пальцы.
— Больше никаких стен! — заверил его Эрик и снова согнул пальцы, начиная массировать простату уже всерьез.
Ему понадобится время, чтобы осознать ответ и уложить его в своем разуме, но главное он понял уже сейчас: он нужен этим двоим ничуть не меньше, чем они нужны ему. И Эрик готов был любить их до самого утра, ласкать, трахать, вышибая все более сладкие и громкие вскрики и стоны, выжимать из себя все возможное, не кончая, и впитывать чужое удовольствие, щедро делясь своим собственным.
Курт застонал и подался вперед, обнимая их с Заком.
— Боже, как хорошо… — прошептал он. — Давайте, мои хорошие, посильнее…
Зак обхватил его рукой и стал трахать пальцами, скользя ладонью вдоль руки Эрика.
Эрик двигался внутри него в том же ритме, сгибал пальцы, заставляя Курта вскрикивать и комкать простыню.
