Я собрался с духом, понимая, что ничего не смогу поделать. Джаспер скосил глаза в мою сторону. Он ощутил мои душевные муки.
– Спасибо за приглашение, звучит интересно, – тем временем говорил Лоран. – Мы на охоте, шли сюда от самого Онтарио, но случая привести себя в порядок ни разу не представилось.
Виктория содрогнулась, попробовала незаметно привлечь внимание Джеймса, но он ее не замечал.
– Не обижайтесь, пожалуйста, но мы были бы благодарны, если бы вы воздержались от охоты в здешних местах, – попросил Карлайл.
– Как вы понимаете, нам ни к чему привлекать к себе внимание.
Голос Карлайла звучал совершенно уверенно. Я позавидовал его оптимизму.
– Ну конечно! – согласился Лоран. – На вашу территорию мы ни в коем случае не претендуем. К тому же мы закусили на окраине Сиэтла.
Лоран рассмеялся, а сердце Беллы сбилось с ритма в первый раз. Движения моей ноги слегка участились, пытаясь заглушить стук сердца. Никто из чужаков, похоже, ничего не заметил.
– Я покажу дорогу, если вы не против пробежаться с нами, – предложил Карлайл, и только мы с Элис поняли, что уже слишком поздно: его планам не суждено сбыться.
Ждать оставалось недолго, видения Элис бежали наперегонки с настоящим. – Эмметт и Элис, вы поезжайте вместе с Эдвардом и Беллой на джипе.
Это случилось как раз в тот момент, когда он произнес имя Беллы.
Всего лишь легкий ветерок, слабое дуновение не с той стороны, как раньше, волнение воздуха, вызванное вильнувшей хвостом грозой, отходящей на запад. Еле заметное.
И неизбежное.
Прямо в лица чужакам пахнуло свежим и внезапным запахом Беллы.
Он подействовал на всех, но если Лоран и Виктория преимущественно растерялись, не понимая, откуда принесло аппетитный аромат, то Джеймс мгновенно перешел в режим охоты. Маскировки Джаспера было недостаточно, чтобы отвлечь такое сосредоточенное внимание.
Притворяться больше не было смысла. Словно прочитав мои мысли, Джаспер сразу же убрал с нас завесу, оставив скрытыми только самого себя и Элис. Я понимал, что так будет лучше, что он лишь привлек бы внимание кочевников к своему дару, если бы и дальше продолжал прикрывать Беллу.
Но все равно ощутил слабый укол предательства.
Однако это была лишь малая толика того, что я сознавал. Почти весь мой разум был охвачен яростью.
Джеймс сделал выпад и присел. Теперь у него в мыслях было пусто – если не считать охоты и потребности в немедленном удовлетворении своих желаний.
Я дал ему другую пищу для размышлений.
