Слишком муторно было бы следовать за ними, придерживаясь ограничений скорости – отвратная мысль."
"Все собрались в ярко освещенной гостиной. Питер и Шарлотта заметили мою рассеянность, пока я запоздало приветствовал их, не слишком искренне извинялся за свое отсутствие, целовал ее в щеку и жал ему руку. Сосредоточиться мне так и не удалось, поддерживать общий разговор я не стал. Как только представилась возможность вежливо удалиться, я отошел к роялю и принялся тихонько наигрывать.
«Какое странное создание, – думала Шарлотта, блондинка с очень светлыми, почти белыми волосами и ростом с Элис.
– А при прошлой нашей встрече был таким нормальным и любезным».
Мысли Питера приняли тот же оборот, как обычно бывало у этих двоих.
«Наверняка это из-за животных. Нехватка человеческой крови рано или поздно сведет их с ума», – заключил Питер. Волосы у него были почти такими же светлыми, как у Шарлотты, и практически такими же длинными. Они напоминали друг друга во всем, кроме роста, так как Питер был почти таким же рослым, как Эмметт.
Гармоничная пара, всегда казалось мне.
«Удосужился прийти домой? Ну и зачем?» – съязвила Розали.
«Ах, Эдвард. Больно видеть, как он страдает». Радость Эсме была омрачена ее волнениями. А причины волноваться у нее имелись. История любви, которую она нафантазировала для меня, стремительно скатывалась в трагедию, и с каждой минутой это ощущалось все острее.
«Удачного вечера в Порт-Анджелесе, – жизнерадостно пожелала мне Элис. – Дай знать, когда мне можно поговорить с Беллой».
«Ну ты и позорище. Поверить не могу, что вчера ночью ты упустил добычу только ради того, чтобы поглазеть, как кто-то спит», – ворчал Эмметт.
Все, кроме Эсме, вскоре перестали думать обо мне, а я продолжал играть приглушенно, чтобы не привлекать внимания.
Довольно долго я не прислушивался к ним, просто играл и ждал, когда музыка отвлечет меня от тревоги. Всякий раз, когда Белла оказывалась вне поля зрения, не тревожиться было невозможно. За разговором я снова стал следить только с началом прощаний.
– Когда снова увидите Марию, – чуть настороженно попросил Джаспер, – передайте ей мои наилучшие пожелания.
Вампирша Мария создала и Джаспера, и Питера: Джаспера – во второй половине девятнадцатого века, Питера – не так давно, в сороковых годах двадцатого. Однажды Мария разыскала Джаспера, когда мы жили в Калгари. Этот визит был богат событиями настолько, что нам пришлось сразу же переехать. Джаспер вежливо попросил ее в будущем держаться от нас подальше.
