– Я стиснул зубы, и вдруг меня привела в такую ярость сама мысль о том, что ей может навредить другой человек, что перехватило дыхание.
– Эй, эй, притормози-ка, парень. Она живет в Форксе – или забыл? Значит, и под дождь попадет. – Он пожал плечами.
– По-моему, ей крупно не везет по жизни, Эмметт, точно тебе говорю. Доказательства налицо. Из всех городов мира, где она могла поселиться, она попала в тот, где существенный процент населения составляют вампиры.
– Да, но мы вегетарианцы. Какое же это невезение – наоборот, удача!
– При ее-то запахе? Явное невезение.
И то, как действует ее запах на меня, – тоже. – Я с негодованием уставился на свои руки, вновь возненавидев их.
– Вот только собой ты владеешь лучше, чем кто-либо, если не считать Карлайла. Опять повезло.
– А фургон?
– Просто несчастный случай.
– Видел бы ты, как он надвигался на нее, Эм, – едет и едет. Готов поклясться, она притягивала его, будто магнит.
– Но ты же был там. Значит, и это удача.
– Думаешь? А если в человека влюбился вампир – разве это не худшее из всех возможных невезений?
Эмметт умолк и на время задумался.
Он представил себе Беллу, и этот образ оставил его равнодушным. «Вот честно, ничего привлекательного не вижу».
– Ну а я не вижу ничего соблазнительного в Розали, – огрызнулся я. – Вот честно, мороки с ней больше, чем стоит смазливая мордашка.
Эмметт хмыкнул.
– Вряд ли ты мне расскажешь…
– Я не знаю, что с ней стряслось, Эмметт, – соврал я с внезапной широкой ухмылкой.
Его намерение я увидел как раз вовремя, чтобы мобилизоваться.
Он попытался спихнуть меня с камня, и в камне между нами с грохотом образовалась трещина.
– Жулик, – буркнул он.
Я ждал, когда он повторит попытку, но его мысли приняли другое направление. Он снова представил себе лицо Беллы, только белее обычного, с ярко-красными глазами.
– Нет, – сдавленно выговорил я.
– Зато избавишься от всех тревог насчет смертности – так? И убивать ее тебе не захочется. Лучше не придумаешь.
– Для меня? Или для нее?
– Для тебя, – легко ответил он тоном, подразумевающим «конечно же».
Я невесело рассмеялся.
– Ответ неверный.
– Я особо не возражал, – напомнил он мне.
– Розали возражала.
Он вздохнул. Мы оба знали, что Розали на все пойдет и все отдаст, лишь бы снова стать человеком. Все, что угодно. Даже Эмметта.
– Да, возражала, – тихо согласился он.
– Я не могу… не должен… и не собираюсь губить жизнь Беллы. Неужели ты считал бы иначе, если бы речь шла о Розали?
Эмметт задумался.
