Правда, большая часть мебели почему-то была завешана чёрной тканью, но едва ли под ней скрывались какие-нибудь музейные экспонаты. К тому же, все они располагались в самой дальней от меня части комнаты, в отличие от красиво сервированного стола, освещённого светом чёрных свечей в красивых позолоченных канделябрах. Как и в отличие от немаленького количества мягкой кожаной мебели, расставленной по большему счёту в центре и ближе к выходу.
Естественно, как только я сюда вошла, а за мной закрыли плотно двери, то дальше трёх метров от входа я так и не сделала, застыв неподалёку от стола и с открытым ртом рассматривая дорогостоящий интерьер какой-то явно специфической комнаты.
– Проходи, не стесняйся.
Но едва я услышала знакомый голос Кроноса, то буквально каким-то чудом удержалась от интуитивного действия дёрнуться, подпрыгнуть и даже вскрикнуть. Во всяком случае, моё сердце в этот момент завелось с полуоборота, а я сама невольно задрожала (хотя едва ли от страха), когда увидела мужчину, выходящего со стороны из-за колонны, которая, видимо, прикрывала собой дверь соседнего помещения.
Глава 32
И не просто его увидела, а буквально залипла на нём, то ли шокированным, то ли жадным и одновременно завороженным взглядом. Словно и вправду в который уже раз наблюдала как минимум за явлением языческого бога. Величественного, статного и по-своему прекрасного, особенно когда его мощную фигуру подчёркивает безупречный комплект из чёрной хлопковой сорочки и чёрных с небольшим отливом твидовых брюк.
Густые тёмные волосы, как и с последней нашей встречи, собраны на затылке в хвостик, а оба запястья украшены набором браслетов из полудрагоценных камней с кожаными ремешками, включая массивные платиновые часы на левой руке.
Надо отметить, Кронос мог выйти в подобном виде куда угодно, в отличие от меня. Поскольку в моём платье только на такие вот уединённые встречи и ходить. К слову, оно было замечено мужчиной едва не сразу, как только он обратил на меня свой царский взор, пройдясь им по моей интуитивно зажавшейся фигурке сверху вниз и обратно.
И, кажется, в этот раз я не заметила в его глазах ни иронии, ни чего-то близкого к этому. Впрочем, как и иных ярко выраженных чувств. Если он что-то в этот момент и испытал к моей, мягко говоря, далеко не целомудренной внешности, то вообще никак этого не показал, ни в эмоциональном плане, ни в каком-либо другом.
– Дана. Ты меня слышала? Садись уже.
