Работая оператором на телевидении, он во время визитов сестры любил рассказывать разные случаи из передач и сюжетов, которые снимал. Так родилась концепция — наметить в жертвы тех, кого показывали по телевидению."
"Необходимые люди, как актеры второго плана, подобрались быстро. Всего Лёка выбрала двенадцать человек, но подобраться близко, чтобы нанести удар без риска быть пойманной, смогла только к четырем. Впрочем, и этого ей было достаточно. Вполне хватало для завершения замысла.
Ей не было жалко этих случайных жертв — красивую изменницу, тщеславную толстушку, подлую директрису интерната, угасающую от неизлечимой болезни тетку.
Они получали то, что заслужили. Да и вообще, ее ведь никто никогда не жалел, чем они лучше? Так машина убийства была запущена, по городу поползли слухи о «цветочном маньяке», и над головами Дмитрия и Александры Ковалевых была занесена острая секира правосудия.
Ей доставляло болезненное удовольствие заказывать букеты для жертв именно на их сайте. Большую часть доставлял курьер «Мира цветов», некоторые Лёка приносила с собой, как цветок лайма или лядвенец, выращенные ею.
Добывая букет амарантов, которые по ее заказу доставили в кафе, она притворилась мужчиной, чтобы еще больше запутать следствие. После многочисленных операций голос у нее был низким, легко трансформировавшимся в мужской. Забрать букет у бармена должна была женщина, и Лёка сделала это сама, немного изменив внешность и будучи уверенной, что ее не смогут выследить.
Всегда тщательно готовившаяся к преступлениям, Лёка не оставляла следов.
Она продумывала каждый свой шаг, перекрывая лазейки случайностям. И все-таки не убереглась от внезапной встречи с Матвеем в темном коридоре интерната. Главная ее ошибка заключалась в том, что она не сочла эту встречу угрозой. Шансов, что детдомовец еще когда-нибудь встретится с ней, удачливой бизнес-леди, а встретившись, свяжет ее с убийством Колпиной, практически не было. Один на миллион. Кто ж знал, что именно он и выпадет Лёке только из-за того, что на пустынной дороге у следователя Ветлицкой сломается ее чертова машина.
— Ну вот и вся история, — закончила свой рассказ Лиля, машинально наблюдая, как Валерия Сергеевна выкладывает на большую тарелку сварившиеся манты. — Александру Ковалеву уже выписали из больницы, жизни ее мужа тоже ничего не угрожает, он пошел на поправку, а Ольга Широкова-Яковлева скоро предстанет перед судом. Бакланову осталось только закончить все формальности с бумагами.
— А вот и не вся история.
