"
"– Угрозы? – повторила Авива Капитоновна. – Какие могут быть угрозы? От кого? Полагаю имя нашей семьи – достаточная защита от любых угроз… Кто посмеет угрожать невесте графа Урсегова…
– Мой служебный долг задать такой вопрос.
– Милейший Алексей Сергеевич беспокоится по причине письма женихов невестам, что нынче напечатали в газете. – Капустина постаралась погасить неловкость.
– Ах, вот в чем дело! – обрадовалась мадам Бабанова. – А то я не знала, что и подумать… Это такая глупость, на которую и внимания обращать не следует…
– Астра Федоровна завтра будет на свадьбе Таисии Юстовой?
Слушать об этом Авива Капитоновна не пожелала.
– Прошу простить, это излишне… Достаточно, что я разрешила Гае Федоровне быть дружкой на свадьбе этой Юстовой… Мы, конечно, не аристократы, но слишком вольному общению со служащими фирмы должна быть граница…
– Именно так, границы надо знать и понимать, что делаешь, – в сердцах выразилась Капустина.
Она поняла, что худшие опасения оправдались: не будет никакого сватовства. Опозорилась. С треском провалилась…
– Мадам Бабанова, позвольте поговорить с Гаей Федоровной, – попросил Пушкин.
Вопрос был встречен вздохом облегчения обеих женщин. Сваха не могла поверить, что обреченное сватовство мгновенно обернулось в нужную сторону.
– Буду рада, Алексей Сергеевич, вашему знакомству с моей дочерью, – ответила Авива Капитоновна.
Еле заметная тень скользнула по ее лицу. Она о чем-то задумалась. – Вы, кажется, служите в сыскной полиции?
Пушкин молча кивнул.
– Прекрасное место для молодого человека… Позвольте говорить напрямик…
Он ждал, что последует дальше.
– Для матери счастье ее детей – главное… Астра Федоровна составила отличную партию стараниями Феклы Маркеловны… Я не верю в приметы, что сестры не могут жениться в один день или год… Они родились вместе, почему бы им не выйти замуж вместе? Где одна свадьба, там и две… Больших сборов не потребуется, все и так готово… И с платьем успеем… Теперь о главном.
Даю за Гаей Федоровной двадцать тысяч годового дохода[13] в процентных бумагах, свой дом и меблировку. Подумайте над моим предложением, Алексей Сергеевич…
– Обещаю подумать, – ответил Пушкин, вставая с такого мягкого и удобного дивана, что вставать было лень.
