Например, тот же Сурмин, потом еще один известный промышленник из Великого Московского княжества, который легко решил таким образом несколько своих вопросов... Да и чем он рисковал, если ничего не получится? Разве что придется подыскать кого-то другого, но это уже рабочие моменты.
А Глухарев ему понравился. Наглый, уверенный в своих силах, чувствовалось, что ему вполне по силам справиться с его проблемой.
— Честно говоря, мне плевать, что вы там не поделили, — сказал Птица после того, как Мельников закончил свой короткий рассказ.
— Но не могу сказать, что с радостью готов принять заказ.
— Что так? — насторожился граф и провел рукой по воде. — Я думал, что вы профессионал...
— При чем здесь это?
— Мне говорили, что вы любите свою, скажем так, работу.
— Работу я люблю, — усмехнулся Глухарев. — Но не люблю связываться с дворянами. Мне больше по вкусу купцы, промышленники и прочие бобры. А с дворянами вечно какие-то хлопоты... Все у них непросто. Потом выясняют, ищут... Приходится уезжать из Москвы в неведомые дали и отсиживаться там по несколько месяцев, а время — деньги.
— Если я готов за это хорошо заплатить, то какая вам разница? Можете считать, что уехали в отпуск.
— Да и Соколов этот ваш... Я ведь знал о ком пойдет речь, так что успел навести кое-какие справки перед нашей встречей, — Птица опустил голову под воду, провел там несколько секунд и вынырнул обратно. — Он ведь не самая маленькая птичка среди дворян. Даром что виконт... Неприятностей может доставить как целый маркиз, а то и герцог.
— Боитесь?
— Ничего и никого не боятся только дураки, — усмехнулся Арсений. — Но дело не в этом.
— Значит себе цену набиваете? — понимающе покачал головой Мельников.
— Вот это уже ближе к делу. Но не себе, а стоимости вопроса, — ответил Птица. — Оно ведь как — каждый заказ свою цену имеет. Бывают не очень дорогие, а иногда попадаются такие, за которые не грех и побольше попросить.
— Ну так просите для начала, а там видно будет.
— Скажите, ваше сиятельство, вы готовы заплатить четверть миллиона? — спросил Глухарев и вновь ушел под воду.
Неплохие аппетиты у этого парня, нечего сказать! Двести пятьдесят тысяч — большие деньги. Можно даже сказать просто огромные. Сумма эта у Мельникова была. Не то чтобы он мог запросто снять ее со своего счета, но если хорошенько поискать и вытащить немного из оборота, то он найдет эти деньги. Вот только... Не слишком ли крепкая цена за голову одного человека?
— Что скажете? — спросил Птица, вытерев руками воду с лица.
