– При встрече я бы его узнала, а вот описать, боюсь, не смогу. – Лычагова повернулась к воротам, давая мне понять, что разговор закончен.
– Погодите. – Я остановила ее, осторожно взяв за руку. – Я попробую вам помочь.
– Как? Фотографии его, что ли, покажешь? – предположила Дарья Дмитриевна.
– Нет, я задам вам наводящие вопросы, – пояснила я. – Скажите, тот парень был славянской наружности?
– Пожалуй, – подтвердила моя собеседница, не особо задумываясь, – белобрысый такой, не стриженный.
– Значит, блондин… с длинными волосами?
– Ну, не совсем с длинными, – возразила тетя Даша, – но в парикмахерскую ему сходить бы не помешало.
– Ясно, – кивнула я. – Какого он был роста?
Бабуля пригляделась ко мне и сказала:
– С тебя, не выше.
Я задала очередной вопрос-подсказку:
– Какая у него была комплекция?
– Чего? – переспросила старушка.
– Ну, может быть, он был толстым, с пивным брюшком или, наоборот, очень худым?
– Нет, не толстый, но и не худой. Вон, видишь, парень идет? – Бабуля кивнула в сторону проходившего мимо нас молодого человека.
– Примерно такого же и тот был телосложения. А почему ты им интересуешься?
– Да, может, это вовсе и не тот, кто меня интересует… Сколько ему, по-вашему, лет? – В ответ на этот вопрос Лычагова лишь пожала плечами. – Ну, как вы думаете, тридцать ему уже есть?
– Поди, помоложе будет, – произнесла старушка, немного подумав, а затем уточнила: – Скорее, лет двадцать пять – двадцать семь.
– Вот видите, как много вы вспомнили о том молодом человеке, – я решила подвести наш разговор к логическому концу, потому что поняла – больше ничего из этой старушки не вытянешь.
– А ты мне так и не сказала: чего он натворил-то? – продолжила допытываться она.
– Да так, шутки всякие он любит устраивать по телефону… Вот что, тетя Даша: если вы вдруг снова увидите его в маршрутке, запомните номер машины и позвоните мне, пожалуйста! – Я достала из сумки блокнот, вырвала оттуда листочек и написала на нем номер своего мобильного телефона.
– Я нечасто на той маршрутке езжу, но если вдруг такое случится, обязательно позвоню, – пообещала Лычагова.
На том мы и расстались. Я пошла обратно. Уже садясь в «Ситроен», я заметила на другой стороне улицы Диму под ручку с подружкой. Похоже, они шли прогуляться по проспекту. Откровенно говоря, я не понимала, почему Авельянов сделал такую тайну из своих отношений с этой любительницей восточной культуры. Впрочем, у каждого в голове свои тараканы.
