– Погоди, – зашипела я, но Марья не слушала меня. Я бросилась за ней, стараясь не шуметь.
В последний момент мужчина все-таки уловил движение сзади и повернулся, но опоздал. Удар пришелся как раз по лбу. Что-то хрустнуло, точно арбуз, когда его по недосмотру уронишь на асфальт, и мужчина мешком свалился на пол. Марья бросилась к входной двери. Я за ней. Однако на лестничной клетке я пришла в себя и остановилась, Марья тоже притормозила и зашипела:
– Чего ты?
– Того, – зло ответила я. – Мы не можем его там оставить.
– Кого? – Она вновь поднялась на несколько ступеней и с недоумением смотрела на меня.
– Мужика этого.
– Почему это не можем, я очень даже могу.
– Представь, что из этого получится. Сейчас вернется Серега, а у него в доме такой подарок. Он непременно заявит, что это наших рук дело, пистолет спрячет, вызовет ментов, и получится, что мы его дружка едва не укокошили.
– Ух ты, господи, – в досаде пробормотала Марья и, помедлив, добавила: – Тогда пошли.
Мы вернулись в квартиру. Мужчина лежал ничком и не подавал признаков жизни.
Я быстро набрала номер мобильного Олега и, услышав «да», спросила:
– Говорить можешь?
– Слушаю вас, Вера Степановна, – дурацким голосом заявил он, из чего я заключила, что муж где-то рядом.
– Что хочешь делай, но задержи его еще на полчаса.
– Это невозможно.
– Сделай невозможное, – рыкнула я, и он ответил:
– Постараюсь.
Пока я разговаривала с Олегом, Марья, присев на корточки, разглядывала мужчину. Я тоже собралась взглянуть: вдруг знакомый, но охота к этому у меня тут же пропала, потому что Марья заявила:
– Он умер.
– Не может быть, – не поверила я. Не словам Марьи, конечно, а подлости судьбы.
– Если бы… Сима, я его убила. Меня в тюрьму посадят. А за что? – Она вовсю заикалась, и стало ясно: истерика последует незамедлительно. Только ее сейчас и не хватало.
– Нас посадят вместе, это во-первых. Во-вторых, тюрьма – очень подходящее место для размышлений о душе. А в-третьих, те, кто страдает на этом свете, незамедлительно обретут царствие небесное.
– Ты надо мной издеваешься? – захныкала Марья.
– Ничуть.
Я заставила себя опуститься на колени рядом с ней, но никакие силы не принудили бы меня коснуться мужчины, что лежал на полу. Я его и не касалась, но на всякий случай спросила:
– С чего ты взяла, что он умер?"
"– С чего, с чего… Он не дышит, и на лбу кровь, видишь? – Смотреть на его лоб мне тоже не хотелось, и я решила обойтись без этого. – Должно быть, я ударила слишком сильно.
