Он: значит, тебя убивали? Нет, говорю. Может, помочь надо, позвонить куда? Спасибо, говорю, не надо…
— У тебя папашка молоток, — сказал Родик.
— Да, да, — пьяно закивал Сергей. На отца ему грех было жаловаться. — Только я ему ни хрена не сказал… не смог…
— Стыдно? — вкрадчиво спросил Байдак. И высоким, не своим голосом торжественно произнес:
— Дети мои, я освобождаю вас от такой химеры, как совесть. Зиг хайль!
— торжествующе рассмеялся и добавил уже обычным тоном:
— Классно! «От такой химеры, как совесть…» Правда классно?
В мозгу Курлова кто-то перевел стрелки.
— Родь, ну зачем тебе это? — страстно зашептал он, уверенный, что сейчас убедит приятеля и одна проблема разрешится сама собой. — Зачем эти игры в фашистов? Мы же с ними воевали… Они моего деда убили и старшего брата отца искалечили…
— Плевать мне, кто с кем воевал, — равнодушно сказал тот и действительно плюнул в приоткрытое окно. — Зато эти спекулянты нас больше боятся. Петька пришел на «плешку» в черной форме, сапогах, так все сразу бабки отстегнули.
Даже те, кто раньше хвостом крутил!
Стрелка со щелчком перескочила обратно, Сергей потряс головой.
— Вон Бернадская пошла в белых штанах, — Родик показал на ветровое стекло и тронул кнопку сигнала. — Хорошая жопа. Ашот говорил, всю абитуру у него на коленях просидела, он до сих пор ее волосы у себя в трусах находит.
— Дурак твой Ашот, — Сергей сплюнул под ноги. — Бернадская знала программу лучше наших преподов, сто лет ей колени его не усрались.
«Стоп, — тут же подумал он. — При чем здесь Бернадская? При чем Ашот? О чем мы говорили только что?..» Мысли срывались с карусели, разлетались в стороны, будто дерьмо из разбрасывателя удобрений; на смену им прибывали другие, новые, еще чернее, еще поганей прежних. Снова разлетались. Снова прибывали.
— Да, — сказал Сергей, наклоняя голову и сбоку неуверенно поглядывая на собеседника. — У меня проблема… я тебе рассказывал уже, да?
— Ну, почти, — доброжелательно кивнул Родик.
— Я просто в шоке, Серый. Так чем там у вас все закончилось? Зачем ты вообще влез в эту махаловку? Ты же не мент?
Или мент?
— Да я не про то…
Сергей громко икнул. Вспомнил что-то, сжал зубы. И вдруг рассмеялся громким придурковатым смехом.
— Меня отпидорасили, Родь. А?.. От-пи-до-ра-си-ли. Да… можно сказать и так.
Он понял, что ни слова больше об этом деле не скажет. Никому.
* * *На семинаре по уголовному праву Денис выручил всю группу.
