Сергею вдруг вспомнилось Пашино лицо в темном фургоне, эти серые полутени, ритмично прыгающие на скулах, устремленный вверх кончик носа — ну точно… что? кто? где?
— Слушай, Дрын, а мы с тобой никогда раньше не встречались?
— Ну, если только в «Артеке», на пионерской линейке, гы-гы-гы… А чего?
…Машину сегодня Сергей не взял — и здорово пожалел об этом. Две остановки, что он рискнул проехаться в автобусе, пассажиры в открытую на него пялились, почему-то сразу безошибочно определив источник распространения миазмов. Сергей вышел и оставшуюся часть дороги проделал пешком.
Дома были гости: отцов университетский однокурсник Дима с женой — у них своя арт-галерея в Петербурге.
— Привет, — поздоровался со всеми Сергей, просунув голову в дверь гостиной.
И резко направился в ванную. Мама окликнула его и догнала в коридоре. На ней был светлый брючный костюм с большой модерновой пряжкой, отец привез его из Вены, когда у него еще не было ни одной любовницы. Выглядела она классно, только вид испуганный.
— Ты похож на привидение, Сережа, — полушепотом сказала мама.
— Что случилось?
Димина половина чуть со стула не свалилась, когда ты появился.
— Ерунда, просто устал.
Ну вот. Глаза матери становились все шире и шире, а лицо вытягивалось, и Сергей даже испугался, что сейчас она начнет шпуляться в него глазными яблоками и ронять челюсть на пол, как этот придурок Джим Керри в «Маске».
— Чем от тебя… Господи… Что за вонь? — проговорила мама, невольно прикрывая рот и нос рукой. Она стала раза в два белее своего брючного костюма.
— Чем это воняет от тебя?.. Ты что, убил кого-нибудь?
«Убил ли я кого-нибудь, в самом деле?» — подумал Сергей.
— Не знаю, — сказал он. — Просто у меня был трудный день, а на мясокомбинате сегодня вывозили костную муку. Я хочу как следует помыться.
Мама бегом побежала в туалет, смешно разбрасывая в стороны пятки — Сергей раньше не замечал, что она так бегает, — взяла баллончик с освежителем, попрыскала на лампочку в коридоре, очертила аэрозольной струей магический круг около Сергея.
— Возьми, пожалуйста, отцов шампунь, у него очень устойчивый запах, и плесни в воду. Не жалей. Отмокни хотя бы полчасика… О Господи… Это мертвечина какая-то, да?
— Удобрение, — сказал Сергей, запирая за собой дверь ванной.
Он слышал, как вышел из гостиной отец, как они с матерью громко о чем-то шептались. Подождал, когда уйдут обратно («гостей нельзя оставлять одних, Игорь, после поговорим»). Потом выскочил на кухню, схватил консервный нож и вернулся.
