Все, хватит болтать, пора есть.
По вкусу и виду предложенных блюд я сразу поняла, что Танира успела еще утром забежать к бабушке. И что наша кухарка совсем не рассчитывала на гостей — еды было не так уж и много. А готовить бабушка не то чтобы совсем не любила… Скорее, недолюбливала.
«Мне много не надо, а голодному я дам продукты. Сам сготовит и меня, в благодарность, накормит».
Так мы с Нольвен научились варить несколько простых супов и делать рагу с мясом.
— Если у вас есть Облако Невесты, — Нольвен отложила вилку и прямо посмотрела на бабушку, — значит, вы вышли замуж по старым традициям.
Вас благословил сам Отец-Хаос."
"— Доедайте, — велела Меровиг. — И расскажу. История на самом деле пребанальнейшая. Вы-то себе небось навыдумывали всего и всякого, а там… Подлость, предательство и неожиданность — вот три слова, наиболее полно описывающих нашу с Кенриком супружескую жизнь. Первые два слова принадлежат ему, а третье — мне.
Мы с Нольвен быстро подчистили тарелки, собрали все со стола и левитировали посуду в кухню.
Там же был заварен кофе, из холодильного шкафа вылетели крошечные шоколадные пирожные, и со всем этим добром мы вернулись к бабушке. Которая вновь набила свою трубку.
Подманив к себе кружку, Мера ловко ухватила ее за фарфоровое ушко и сделала небольшой глоток.
— Всякая любовная история требует пафосного предисловия, — глубокомысленно произнесла бабушка. — Тут я не подготовилась, да. Что ж, свадьба моя была давно, и замуж я выходила по большой-пребольшой любви. Жаль только, что любила только я.
Кенрик милостиво принимал мои чувства, и матушка моя, которая все это видела, изошла на крик и проклятья, но переломить мое решение не смогла. Куда ей, зельевару-теоретику, против упрямства лучшей выпускницы военки. Отец, посмотрев на все это безобразие, купил мне особняк. Собственно, мы сейчас в нем и находимся. И сразу после свадьбы отец увез мою перенервничавшую мать на воды. Через пару лет все как-то уложилось. Я забыла про все свои карьерные устремления, ведь через девять месяцев после свадьбы у меня родился твой отец.
Родились бы еще дети, да только я решила подождать. И тайно сходила к подруге-целительнице. Тогда я еще была способна принимать решения самостоятельно.
Мы с Нольвен потрясенно переглянулись. Бабушка явно намекала на то, что ее подруга ради нее пошла на преступление! Ведь накладывать временную печать бездетности разрешили только год назад.
— Любовь быстро прошла, — Мера криво улыбнулась, — тяжело любить в одну сторону.