Выбор – всегда сложное дело.
И посоветоваться не с кем, в парикмахерской все говорено-переговорено, да и решение принимать не девчонкам, а ей, им бы только языками почесать.
Тянула, отводила от Ниночки взгляд, а та ждала. Ждала как приговора. Однажды поймала Танину руку. Вздрогнув, Таня посмотрела на нее. Обе молчали, потому что понимали – больше тянуть нельзя, вопрос должен быть закрыт. Как на нее смотрела Нина Васильевна! Сколько надежды, тревоги и боли было в ее глазах.
Таня выдавила улыбку:
– Завтра и перееду, Ниночка Васильевна! Окончательно, с вещами.
Не возражаете?
Какое! Расплакались обе.
«Я помогаю немощному и старому человеку, я помогаю близкому человеку, дорогому и одинокому. Я все сделала правильно, и я не жалею об этом, – твердила Таня. – Я все сделала правильно».
Но осадочек, как говорится, оставался: квартира. И когда она говорила, что не жалеет, то врала. Жалела. Вернее – спустя пять лет пожалела. Когда появился Вадим. Было ли ей тяжело? Безусловно. Хотелось сбежать? И такое было.
Хоть куда: в магазин, в аптеку, только бы выскочить на свободу хоть на час или два, вдохнуть свежего воздуха, увидеть людей.
Были и мысли уйти, были. Уставала. Не физически, хотя и здесь было тяжко, – морально. Маленькая комната, духота, Ниночка, как многие старики, боялась сквозняков. Запахи лекарств, болезни, старости. Разговоры по кругу. Капризы, обиды, претензии. Неумолимая старость и болезнь отнимали у Ниночки разум, такт, терпимость и спасительный юмор.
Таня раздражалась, злилась, огрызалась.
Жалела. Жалела, что согласилась. Авантюра. Страшная авантюра – запереть себя заживо, отказаться от молодой жизни.
Потом, правда, было стыдно – ее решение, никто не заставлял, выходит, терпи. Терпи и оставайся человеком, не смей поддаваться настроению, не смей себя жалеть. Ниночке хуже в сто, в миллион раз.
И ни о какой квартире она не думает, боже упаси! Просто она очень устала."
"Вадим. Ее единственная любовь, больше не было. Любовь и непрекращающаяся боль, вечная незаживающая рана.
Вадим, который мог бы быть ее мужем, отцом ее детей. Да всем! Всей Вселенной, абсолютным счастьем и совпадением – так разве бывает? Вадим, от которого она сама отказалась. Сама, по собственной воле. Отдала своими руками то, что было дороже всего на свете. Во имя чего? Вот об этом лучше не думать. Не вспоминать. Да, приказывала себе не вспоминать. Смешная! Разве такое возможно? Да и потом, что уж, сама виновата.
Он ошибся дверью.
