Захлестнув кнутом всадника, он сильным рывком стащил его с седла, и вот незнакомец оказался в объятиях брата, еще секунда, и они оба покатились по земле. Мне осталось собрать остановившихся на самом краю коней. Брат и спасенный им парнишка остались в живых. Покарябаны, поцарапаны, у Данки немного был рассечен лоб, но оба живы. Парень был без сознания, кони еле дышали. Подтянулись егеря с собаками, и мы, обустроив лагерь, решили отдохнуть сами и дать отдохнуть бедным животным. Ночь, тишина, костер. Паренек наконец пришел в себя.
И тут начались сюрпризы. Паренек оказался девушкой восемнадцати лет по имени Виктория, самовольно решившей прокатиться в лесу недалеко от поместья своего дедушки, барона Крайнвела. Уверенная в своих умениях и талантах леди встретила волков, и погоня началась. Чем она закончилась, видели мы все. Не сводившие глаз друг с друга Данки и Виктория проговорили всю ночь у костра, и только утром она заметила, что нас двое, но и тогда, к нашему общему удивлению, не сразу поняла, что мы близнецы.
Вот так мой брат нашел свою любовь. Осталось только мне найти свою.
Только где же ее искать, не может мне никто подсказать…
Айвенлин
Данки женится! Он такой счастливый, и мы все так рады за него. Беспокоит нас только Дасти. Таким потерянным я его еще не видела. Они всегда вместе, всегда рядом, и мы никогда не задумывались, а что будет, когда появятся в их жизни девушки. И вот одна появилась. Умница, красавица, голубоглазая блондинка с открытой и любящей душой. Но ведь братьев-то двое.
Хорошо еще, что Дасти, по-моему, серьезно не влюблен в нее, а то была бы беда.
Жених и невеста само совершенство, церемония величественна и прекрасна, море улыбок и цветов.
И все-таки богиня смотрит на нас. Молодые не успели отойти от алтаря, только повернулись в сторону гостей, как в минутной тишине под куполом храма разнеслось звонкое и настойчивое:
— Ну-ка возьми меня!
Ахнули гости, сделались огромными, как блюдца, глаза невесты, запрыгали смешинки в глазах жениха, а улыбающемуся немного грустной улыбкой Дасти пришлось посмотреть себе под ноги.
Рядом с ним, в белом, ажурном, летящем платье стоял ангелочек лет пяти с белокурыми кудряшками и небесно-голубыми глазами. Нахмурив бровки, он требовательно дергал виконта за полы камзола и поторапливал:
— На ручки бери!
Растерявшийся брат выполнил требование малышки, а она, взяв его ладошками за щеки и не обращая ни на кого внимания, продолжила:
— Ну вот! Точно такой же! Так, тебя я возьму себе.
