— Но мы лучше и точно знаем, как доставить удовольствие такой красотке, — выкрикивали они, наперебой предлагая свои кандидатуры.
— А можно я сама выберу? — буквально промурлыкала Нел и добавила, ткнув пальчиком, судя по всему, в предводителя наемников: — Вот от этого красавчика глаз отвести не могу.
Мужик захохотал и перетянул ее к себе на колени, хлопнув по попе. Нел взвизгнула и обняла его за шею. Все остальные ухажеры заметно увяли, дама выбрала командира, похоже, остальным ничего не светит.
В этот момент Жак, видимо, начал рассказывать что-то смешное, и внимание всей компании переключилось на него. Наверное, поэтому никто не обратил внимания на то, как она потянула своего ухажера к выходу. Заметив это, мы с Данки вышли.
Во дворце мы договорились, что сестричка будет изображать молодую вдовушку и попытается утащить командира к себе «домой» погостить до утра. Естественно, мы встретили его у пролетки и помогли забраться в нее. На улице мела метель, и нас с братом наемник просто не заметил.
Загружали мы его уже в бессознательном состоянии.
Жак остался еще на какое-то время в трактире. Его не должны были впоследствии связать с исчезновением этого человека, а мы спокойно добрались до дворца и благодаря заклинанию отвода глаз, которое применила Нел, извозчик был твердо уверен, что возил по городу двух молодых пьяных мужчин.
Во дворе замка нас ждали стражники, состоящие на службе у Айвенлин. Им мы и передали пленника, которого они доставили в подземелье под восточным крылом.
Именно там находились камеры для заключенных.
Только после этого мы пошли отдыхать, зная, что Жак займется пленником, как только прибудет в замок.
Принц Кристиан
Приходил в себя я медленно и тяжело, казалось, что поднимаюсь из-под толщи земли навстречу журчанию маленького светлого ручейка. Прошло время, пока я начал различать запахи и звуки. Глаза даже не пытался открыть, чтобы не выдать никому, что уже пришел в себя.
Сначала нужно понять, где я нахожусь.
Где-то недалеко от меня разговаривала девушка. Именно ее голос я принял за журчание ручейка. Именно за ним я поднимался из той жуткой темноты беспамятства.
— Так, дорогой, не привередничай! Где я тебе возьму свежее сено и овес? Я тебя сейчас подлечу, ты будешь хорошо себя чувствовать, а вот твоему хозяину еще хотя бы денек нужно полежать. После таких тяжелых ранений его даже двигать нельзя.
