Хуже всего, Шейран собственноручно разрушил тот хрупкий мостик доверия, который выстроился между ним и травницей.
Слабым утешением служило лишь одно — перед тем, как начать беседу, Ферт активизировал артефакт, в противном случае они разбудили бы весь корабль. А еще теперь виконт не сомневался, что когда-то Алана жила в столице, именно там скрывался источник ее страхов.
Травница отказалась от его защиты, значит, он не связан обещанием… И как ему только в голову пришла мысль предложить мернианке защиту? Это было бы чудовищной ошибкой, потому что прикрыть Алану при всем желании он смог бы лишь на время.
Глава 17
В гавани Ниариса было множество военных кораблей и судов с беженцами — люди покидали не только Грейден, они оставляли дома, бросали нажитое имущество по всей Эрлии. Хватало и судов, которых еще не коснулось бремя войны, — вполне мирных, торговых. Пестрели паруса рыбацких лодок."
"К городу «Попутный ветер» подошел на рассвете. Что бы там ни думал Шейран, в Ниарисе мне раньше бывать не доводилось.
С любопытством и страхом, замерев на носу корабля, я рассматривала дома на набережной. Склоны холмов, на которых раскинулся Ниарис, покрывали сады, в глазах рябило от разноцветных черепичных крыш и острых шпилей.
Шейран прав — красивый город. Каждый из купцов, банкиров и мастеровых старался выделиться: пристроить к дому пару башен, заказать причудливые витражи на окна или выложить крышу цветной, переливающейся в солнечных лучах черепицей.
При этом, как ни странно, чувствовалось некое единство архитектурного стиля города или, во всяком случае, его прибрежной части.
Если Грейден производил впечатление мрачной крепости, то Ниарис был просто богатым торговым городом. Впрочем, оборонительные сооружения у него тоже имелись. Вход в гавань перекрывали два форта, а над самим городом возвышался впечатляющих размеров замок.
Не знаю, каков Ниарис вблизи, но издалека он мне понравился. Солнечный город, красочный, сказочный какой-то…
Прикрывшись ладошкой, я с наслаждением зевнула.
Спать хотелось неимоверно. Отдохнуть прошлой ночью почти не удалось — спасибо Шейрану. После нашей беседы задремать смогла только под утро, а так как спала я на полу, шея затекла, в пояснице поселилась тупая ноющая боль. Да и — вот невезенье-то! — во сне меня вновь навестил коршун. И там, в стране грез, мы зашли куда дальше, чем прошлой ночью на палубе корабля.
