— Господин Нодэуш… я не уверен, но…
— Чего ты мямлишь? Говори.
— Одна из девиц в клетке, кажется, похожа на мою Альку…
Наверное, никогда в жизни я так не мечтала стать невидимкой, как в этот момент.
— Вот как? — В голосе чиновника послышалась легкая заинтересованность. — Что-то рыжих я там больше не вижу.
— Это и странно. Не рыжая она… Чернявая…
— Что ж, давай посмотрим, кто там тебе приглянулся.
В клетку вновь зашли стражники, подхватили меня под руки и вывели наружу. Я не сопротивлялась, ничего не говорила.
Просто не видела смысла.
— Алька, ты? — с придыханием спросил кузнец.
Смысла отрицать очевидное не было.
— Я… Рада, что ты меня все же нашел, Фирдан, — я попыталась улыбнуться.
— Что ты сделала со своими волосами? Зачем?
— Меня заставили, — вздохнула я. — Похитители не хотели, чтобы я привлекала внимание.
— С этой девицей кто-нибудь был? При каких обстоятельствах она была задержана? — обратился чиновник к начальнику стражи.
— Одна была. На рассвете пыталась выйти из города.
— Вот как… — задумчиво протянул Нодэуш.
— Кто-нибудь задержанной интересовался?
— Никак нет, господин.
— Что ж, девицу мы забираем с собой. Все обстоятельства задержания прошу изложить в письменном виде… Да, отец Ульрих, — чиновник обратился к тощему священнику, — вы, кажется, хотели прояснить один вопрос?"
"Священник молча кивнул и шагнул ко мне, только тут я наконец смогла увидеть его лицо. Пожалуй, лучше бы я так и осталась в неведении. Меня чуть не передернуло от омерзения.
Лицо отца Ульриха больше всего походило на обтянутый пергаментом череп.
Губы тонкие, щеки ввалились, нос как наконечник стрелы. Глаза, наоборот, чересчур большие, навыкате. Бледно-серые, водянистые, какие-то рыбьи.
Возраст священника я не могла определить даже приблизительно.
Ульрих положил холодную ладонь с узловатыми пальцами на мой лоб, зашептал негромко молитву… А затем я увидела, как в мою сторону изо рта святого отца потянулись тонкие, извивающиеся, как змеи, энергетические нити. Только цвет нитей был странный, не золотистый, как обычно, а мертвенно-синий.
Дьявол, укуси меня за пятку, этот святоша — маг! Пусть весьма странный, но… Как такое может быть?!
С трудом поборола естественный порыв дернуться, вырваться из рук стражников. Ведь я не могла ничего видеть — не должна была ничего видеть! Я обычная крестьянка, которую благословляет святой отец, а не ведьма.
Синие нити достигли моего лица, а затем скользнули в ноздри. Я почувствовала в себе чужеродную, враждебную магию.
