Многое до сих пор работает или восстановлено, и даже стало активно используемой частью учебного комплекса.
Что же здесь располагалось в давние времена? Какой-нибудь «университет боевых волшебников»? Или «тренажёрка» для суровых воинов?
Никто не ответит.
Увидев, что нас встречает мастер Бьег, я резко приуныл. Даже хронический оптимист Паксус, радостно осклабившийся при виде девушек, тут же едва челюсть не сломал, настолько резко её перекосило.
Боевой мастер за невеликий срок успел заработать заслуженную репутацию самого злобного демона Рока.
Даже суровый смотритель нашего корпуса значительно ему уступал, несмотря на то, что они братья. Самый значительный процент минусов — именно его рук дело. Практически все синяки, ссадины, переломы и отбитая требуха — тоже на совести этого кровопийцы. Нескончаемый поток унизительных высказываний, бесчисленные придирки и прочее-прочее.
Да сам его взгляд — это нечто. Он будто не на нас, а на тухлый навоз уставился.
Не человек, а ходячий сгусток отборнейшего негатива…
Ничего положительного за этим мастером никто никогда не замечал.
Ни намёка. Зато все прекрасно знали: если нарисовался Бьег, приготовься к неприятностям. Вокруг него будто поле минное.
И мин на нём, как иголок на ёжике.
Дождавшись, когда последний прибывший корпус выстроится у стены громадного подземного зала, Бьег махнул рукой. Не знаю, кому он скомандовал, но результат не заметить невозможно. Гигантский камень за его спиной дрогнул и начал подниматься. Медленно открылся проход в похожее по размерам помещение.
И по залу пронёсся дружный вздох, — сотни учеников одинаково нерадостно отреагировали на увиденное.
Зал, открывшийся за мастером, оказался узким и вытянутым столь значительно, что дальний его конец скрывался во мраке. Свет мощного алхимического светильника, установленного неподалёку от входа, с задачей справлялся скверно и при этом создавал помехи для ночного зрения.
Но заволновались мы, разумеется, не из-за мрака (и уж точно не из-за размеров помещения). Все те, кто успели побывать на арене, неприятно поразились открывшееся картине: сотни кукол, бессистемно выстроившихся по всей площади открывшегося подземелья.
Кукла-воин — само по себе неприятно. Да, один на один — это не противник, а смех. Даже такие пародии на клановых воинов, как Тсас, справятся без чрезмерного напряжения сил. Большое количество агрессивных истуканов — это да, это неприятно. Но тут их, похоже, даже меньше, чем на второй волне, а её мы разгромить сумели.
