— Да не ной, один, это ни о чём, — отмахнулся Паксус. — Главное, что мы уже в школе. Даже если выгонят по баллам, моим предкам этого хватит, чтобы до конца жизни всем хвастаться.
— А моим нет, — снова вздохнул Тсас."
"О моих родителях говорить не приходится, но баллы терять нежелательно. Я ещё не знаю все нюансы здешней системы обучения, но не сомневаюсь, что низкие позиции категорически противопоказаны.
С них мне не добраться до вершины, которую я обязан покорить.
Точнее, до одной из вершин моего великого плана.
Глава 5 Ровно в полночь
Глава 5
Ровно в полночь
Ашшот вернулся спустя несколько часов. Здоровяк выглядел вдвое злее обычного, и скрывать причины ухудшения настроения не стал. Он рвал и метал, рассказывая, что почти всё это время драил на кухне огромный закопчённый котёл. Работа унизительная не только для благородного, а и для любого мало-мальски зажиточного свободного. Но попытки донести до Хога эти рассуждения успехами не увенчались. Строгий и грубоватый мастер легко поставил ученика на место, да ещё и пару лишних баллов снял, дабы впредь подобные меры обучения школьным порядкам принимал с молчаливой покорностью.
— Это не дело, благородных заставлять посуду чистить! — бушевал Ашшот. — А ещё перед этим заставил пройтись по всей школе! А я в тесных штанах после той штуковины еле ноги переставлял. Это многие видели! Это позорно в таком виде оказаться на людях! Мастер хочет получить вражду от моей семьи!
— Ну да, сходи папеньке на него пожалуйся, — буркнул Огрон, не переставая полировать свой и без того зеркально-начищенный меч.
— Жаловаться, это ведь неблагородно… — с сомнением протянул Ашшот.
— И бессмысленно, ведь никто мастера Хога за это не накажет, — добавил Тсас.
— С чего ты это удумал, малой?! — чуть не заревел здоровяк. — Соображай, что несёшь! Мы благородные, с нами так нельзя!
— Но не в этом месте, — снова подключился Огрон. — Тут так не принято, тут в самом начале кое-что объясняют каждому. Если ты это пропустил, напомню: все ученики строго на «ты», а к мастерам на «вы».
И никаких привилегий ни у кого больше нет, даже выражаться мы должны без лишних слов, военным языком. Кто ты за воротами, это уже неважно. Здесь мы все одинаковые, у нас даже имён старых нет. Прошлое в прошлом, и так будет целый год. Не знаю, как кто, а я слышал, что даже самые благородные семьи здесь без привилегий. Ну или почти без них. И, наверное, это хорошие правила, раз их за века не поменяли.
