Объяснить эти и прочие детали проще всего тем, что это оружие только что у кого-то отобрано.
Это отвечает на большинство вопросов.
Жаль, что не на главный. Ведь так и непонятно, с кем ей пришлось драться. Да — это пустое любопытство, но мало ли что, информация лишней не бывает.
К тому же этот меч именно сейчас почему-то засел в голове занозой назойливой. Всё больше и больше жалею, что не уделил ему побольше внимания. По какой-то причине он кажется мне не просто знакомым, но и вызывает подспудное ощущение приближения неприятностей.
Чёрт, надо было не на девочку таращиться, а на её оружие. Ведь больше она с ним не показывалась, носится, как и все, с традиционным имперским оружием.
Но кто же тогда знал…
Улица сузилась, но затем стены вновь разошлись в стороны, открывая вход на не сказать, чтобы полноценную площадь. Просто достаточно приличное открытое пространство, окружённое почти сплошной стеной мрачных домов с нависающими над мостовой крышами.
И здесь я, наконец, увидел меч, о котором думал вот уже не одну минуту.
Причём не один, а сразу несколько.
К сожалению, мечи здесь оказались не сами по себе, их сжимали тренированные руки. И владельцы этих рук дружно смотрели на меня: вымотанного опытами искусника, совершенно не готового к схватке.
Кхеллагр чертовски прав.
Кругом враги.
Глава 15 Всевозможные гости из прошлого
Глава 15
Всевозможные гости из прошлого
Детские страхи — это сильно. Ребёнок, потерявший невеликие остатки семьи в нежно-подростковом возрасте, не просто запомнит такое на всю оставшуюся жизнь, а запомнит конкретно — до последней мелочи.
Та ещё психическая травма. И если неожиданно посреди тёмного переулка столкнётся с напоминанием о трагическом событии, реакция может последовать самая разная и, как правило, нехорошая: ступор, истерика или даже что-то посерьёзнее, до печального душевного расстройства.
Но тут иной случай, ведь речь идёт об остатках не настоящей моей семьи. Да и подростком я тогда считался лишь условно. На тот момент за спиной насчитывались не только десять с лишним здешних прожитых лет, а и более двух десятков, проведённых на Земле.
Нет, я не скажу, что испытанное в ночь нападения на усадьбу ни капли на мне не отразилось. Отразилось ещё и как, ведь, можно прямо сказать, что те события стали стартом для моей очередной жизни. Третей по счёту жизни. Или скорее полноценной второй? Ведь то существование, что приходилось влачить с первого дня в Роке, являлось именно существованием: жалким и бесперспективным.
