Вваливаюсь в кабинет и с трудом дохожу до стоящего у стены дивана.
В приоткрытую дверь заглядывает Ульяна.
— Можно убирать?
— Выйди.
Она тут же исчезает, а я звоню Вячеславу. Длинные гудки наматывают нервы на кулак.
— Это точно? — спрашиваю, едва он принимает вызов, — Ты уверен?
— Думаю, так и есть...
— Думаешь?! — рявкаю, не сдержавшись, — Мне факты нужны, Слава!
— Она вышла из подъезда в пол девятого утра и вернулась в три. В ее руках была сумка из супермаркета, — отвечает сдержанно.
— Сука...
— Завтра продолжать наблюдение?
— Да.
Завтра тоже...
Не знаю, на хрена мне это нужно, потому что и так ясно, что Наташа живет с этим фотографом.
Моя жена живет с левым мужиком!
Блядь!
Отшвырнув телефон на диван, съезжаю бедрами вниз, расслабляю узел галстука и прикрываю глаза ладонью. Растекшаяся по груди кислота разъедает ребра. Больно невыносимо.
Что ты наделала, Гайка?!
Что мы с тобой наделали?...
В ушах шумит, предупреждая о приближающемся приступе ярости. Дышу-дышу-дышу, пытаясь вернуть шаткое и нестабильное самообладание.
Хотя бы это, чтобы не разнести в щепки все вокруг.
Я его уничтожу. Клянусь, раздавлю как блоху. Гондон ответит за лапшу, что вешал на уши и то, что посмел тронуть мое.
Растратив все моральные ресурсы на сохранение человеческого обличья, постепенно прихожу в себя.
Мои рецепторы возвращают свою чувствительность — я вижу остановку моего кабинета и слышу трель телефона в приемной. Как следствие нервного перенапряжения, начинает болеть голова.
Тихий стук окончательно возвращает в реальность.
Сделав вдох, растираю лицо руками.
— Роман Алексеевич, — осторожно открывает дверь Ульяна, — Я вам кофе сварила. Мне кажется, вы устали.
— Воды мне подай.
С готовностью кивнув, она опускает чашку на стол и наливает в стакан воды из пластиковой бутылки. Я делаю несколько глотков и кивком головы указываю на выход.
— Ром, у тебя все в порядке? Ты сам не свой в последнее время.
— Иди домой. Рабочий день окончен.
— Я могу задержаться, если надо... — начинает она, расшатывая еле пойманный мною баланс.
— Иди, Уля!
Шмыгнув носом, она выскакивает за дверь, а я болезненно морщусь, мысленно прикидывая масштаб происходящего в моей жизни пиздеца. Он устрашающе-громадный, но... но развода не будет.
Костьми лягу, но верну ее. Иначе зачем все это?
Поднявшись с дивана, сам собираю бумаги со стола и выключаю ноутбук. Офис покидаю в числе последних. За несколько часов сильно похолодало, с неба сыплет снегом вперемешку с дождем.
