Просто удивительно, как всего за три месяца я привыкла к мягкому климату и сейчас совершенно не могу адаптироваться к холодной московской весне.
Получив уведомление на телефон о том, что такси подъехало, выхожу на улицу и отыскиваю глазами седан с шашечками на крыше. Усаживаюсь на заднее сидение и кладу ладонь на живот. Расходящийся от пупка трепет заполняет теплом все тело. С каждым днем я чувствую и люблю его всё больше, но продолжаю мучиться чувством вины, когда вспоминаю свою первую реакцию на беременность.
Это случилось сразу после прилета в Нидерланды. Мне стало плохо и стошнило прямо в туалете аэропорта. Я решила, что это следствие сильного стресса и резкой смены климата. Однако утром следующего дня всё повторилось, а когда я не смогла вспомнить дату последней нормальной менструации, в мою голову закралось подозрение.
Я ведь бросила пить таблетки, но так и не сходила к врачу, чтобы она назначила мне другие. Последние несколько раз у нас с Березовским были без защиты, а это значило, что я вполне могла оказаться беременной.
Что и подтвердил купленный в ближайшем супермаркете тест. Со мной тогда случилась истерика — я поверить не могла, что это произошло именно сейчас, когда наш с Ромой брак рассыпался в труху. Судьба не могла поступить со мной так жестоко.
Я оказалась заграницей практически одна и без знания языка, беременная с разбитым сердцем.
Первый месяц был самым тяжелым. У меня не получалось собрать себя в кучу и решить, что делать дальше со своей жизнью и со своим нерожденным ребенком.
Кажется, он чувствовал мое состояние и мои сомнения и сам не был уверен, хочет прийти в этот мир или нет. Меня мучили сильнейший токсикоз и тянущие боли в животе.
А потом он мне приснился. Розовощекий белокурый малыш с беззубой улыбкой. Я проснулась в слезах и с твердой уверенностью, что мой ребенок родится здоровым и точно в срок.
Стало значительно легче. Пришло подобие умиротворения, и даже связанные с изменой мужа эмоции немного притупились.
Я решила остаться в Нидерландах на положенные двенадцать недель, срок подписанного с галереей контракта, а затем вернуться в Россию, чтобы развестись и начать жизнь с чистого листа.
Однако Березовский, сволочь, спутал все мои планы. Я рассчитывала сообщить ему о беременности уже после того, как нас разведут, и потребовать, чтобы он не претендовал на отцовство. Мне не хочется, чтобы у малыша была его фамилия.
Что делать теперь, я не знаю.
