"
"– А то, что они меня кончат, если я им правду скажу, – вот что! – заявил Дужкин. – Хорошо, у них какие-то тут дела еще были. Они меня на этого урода оставили, на Макара. Макар, он сволочь, но мы с ним как-никак сто лет знакомы. Он меня бил, но не сильно. И все извинялся, что бьет. Мол, если бить не будет, его самого замочат. А я думаю, что ему просто бабок отвалили за меня. Он, сука, и жрать мне не давал… Но, правда, бил не очень сильно. А сегодня эти как раз с утра заскочили. Спросили, что и как, – приказали выбить из меня признание во что бы то ни стало к их возвращению и опять укатили.
Ну, Макар стал со мной проводить беседу, а тут вдруг Ангел! Влетает и говорит, мол, какие-то люди Дугу ищут и сюда уже идут. Ну, Макар, он долго не раздумывает. Ах, говорит, сука, стукач поганый! И раз Ангела в висок! А вы его кулак видели? Ну, короче, Ангел с копыт, Макар его в яму запихал пока, а тут и Змей подвалил. Но Макар его уже ждал – приложил багром, тот даже и не пикнул. Макар хотел и его в яму, а тут вы пришли…
– Ну, теперь твоему Макару тоже только и осталось, что в яму, – сказал Гуров.
– Тебе за побег, конечно, накинут, но изо всей этой своры ты самый счастливый оказался. А если нам поможешь, так, глядишь, выторгуем мы для тебя пару годков. И всего-то нам надо знать, где ты раздобыл лицензию. Ведь не на помойке же нашел? Это ты следователя мог дурить, а у нас живой интерес.
– Ясно, – кивнул Дужкин. – Мне тут особо скрывать и нечего. Но раз у вас интерес насчет лицензии, то я про лицензию и буду говорить, ладно? А зачем и почему все остальное, этого я вам рассказывать не буду… А дело было так… Примерно две с половиной недели назад я взял у кореша лодку с мотором…
Глава 7
На середине реки было совсем хорошо – прохлада, исходящая от огромной массы воды и тучи сверкающих брызг, создавала ощущение свежести и комфорта.
Единственное, что вызывало разочарование, – несколько подзатянувшееся путешествие, потому что остров в русле Волги, про который Гурову рассказал Дужкин, оказался довольно далеко от города.
Гуров даже начинал опасаться, что они попадут на место, лишь когда стемнеет. Это заставляло и его, и полковника Крячко нервничать, а лодочник, которого они не столько наняли, сколько принудили везти их на дальний волжский остров, вообще был мрачен и зол, как тысяча чертей.
Полученное от Дужкина признание многое объясняло, но тоже никак не могло поднять настроения.
