– Почему вам? Вам что-то известно об этой истории? – встревожился Гуров.
– Нет, вы явно не тот, за кого себя выдаете! – с уверенностью сказала Поздеева. – Я прекращаю разговор. И учтите, я уже сказала, что у меня есть кое-какой опыт!
– Что она сказала? – с интересом спросил Крячко, когда Гуров с видом полной досады сунул телефон в карман.
– Она сказала, что я неважный сыщик, – буркнул Гуров. – И еще обозвала доктором Ватсоном. Удивительно неделикатная женщина! А хуже всего то, что она тоже до смерти напугана и не хочет с нами встречаться.
Это мне не нравится, но, боюсь, придется принять ее правила игры.
– Не нужно было сообщать ей про смерть Пригожиной! – сказал Крячко.
– Может быть, – согласился Гуров. – Но слово не воробей. Придется возвращаться и ждать до завтра. Поздеева заявила, что сама навестит нас.
– Это я понял, – сказал Крячко. – Слышал, как ты прокладывал маршрут. А если она не явится?
– Может случиться и так, – задумчиво произнес Гуров. – На работу она, во всяком случае, грозится больше не выйти.
Но это может означать только одно: Поздеева явно что-то знает! Иначе с чего бы ей так бояться?
– Возможно, она просто осторожный человек, – возразил Крячко. – Она приютила знакомую, которая от кого-то пряталась, знакомую убили. По-моему, естественно, что теперь ей не хочется выходить на работу. Мне бы тоже не захотелось.
– Нет, я уверен, что причина неприятностей Поздеевой известна, – заявил Гуров. – Осторожность не рождается на пустом месте. Если ты знаешь, что электроприбор не бьет током, зачем ты будешь надевать резиновые калоши? Причем Поздеева не просто боится! Она страшно напугана.
Сам же слышал, как подробно я расписывал приметы нашего главка! В общем, поехали обратно. Будем надеяться, что завтра нам повезет больше и Поздеева найдет в себе силы войти с нами в контакт.
Он развернул машину и направился обратно к центру. Но когда они уже подъезжали к Останкино, на телефон Гурова вдруг поступил вызов. Он удивил его настолько, что Гуров опять затормозил и продолжил разговор уже в стоящей машине.
Звонила Поздеева.
Голос у нее на этот раз оказался совсем не таким спокойным, как некоторое время назад. Она задыхалась и была по-настоящему взволнована. Впрочем, присутствия духа Поздеева не теряла и сейчас, несмотря на чрезвычайные обстоятельства. Фразы у нее получались короткие, рубленые, как бы брошенные на бегу:
– Это вы, сыщик? Слушайте, вы мне нужны!
Гуров не стал осыпать собеседницу упреками.
– Что-то случилось? – серьезно спросил он.
