Но вскоре он исчез, а потом я узнала, что он убит. Тогда я не связала эти факты, подумала – случайность. Но вот я наняла второго сыщика – и слышу в новостях, что его убили прямо на дому. Вместе с семьей. Это мог сделать только он! По его приказу! Он следит за мной и убирает людей, которых я нанимаю. А что дальше? Дальше он доберется до меня!
– Нет-нет, голубушка! – весело закудахтал Дударев. – По вашей теории, он сначала меня должен прикончить! Вы же меня тоже в некотором роде нанимаете? А, ха-ха! Нет, не могу!.
. Вы в самом деле считаете, что ваш муж в состоянии заказать человека только на том основании, что он может обнаружить следы его неверности? В таких случаях проще подстраховаться, поглубже законспирироваться, понимаете? Зачем же убивать? Это такая головная боль, драгоценная, уж поверьте моему опыту! Сам не убивал, ха-ха-ха, каюсь, но кое-что в этих делах понимаю. Думаю, вы стали в некотором роде жертвой невольного заблуждения, Ирина Сергеевна! Испытывая некоторую неприязнь к своему супругу… гм… вы приписываете ему вымышленные злодеяния… то есть злодеяния, разумеется, истинные, но не имеющие к нему никакого отношения.
Я ведь немного знаю Сергея Константиновича и убежден, что он на злодеяния не способен. Абсолютно! Шалости мужские, хе-хе, это вполне возможно, и тут не отрицаю. Все мы грешны, но убийство… Побойтесь бога, Ирина Сергеевна!
На некоторое время наступила тишина. Видимо, Дроздова переваривала сказанное. Но слова генерала не слишком ее убедили.
– Раз вы не хотите мне помочь, Владимир Валентинович, – обреченным голосом произнесла она наконец, – значит, никто мне не поможет. Мне остается только смириться и ждать конца. Вы-то уж знаете, как это бывает. В новостях об этом каждый день говорят. Но обещайте – когда найдут мой труп…
– Придержите-ка язык, дорогая Ирина Сергеевна! – впервые рассердился Дударев. – И никогда больше таких слов не говорите! Черт, он всегда рядом ходит. Вы лучше скажите-ка, куда это ваш драгоценный супруг срывается? В какие командировки? Имеются какие-то конкретные подозрения?
– Да! Имеются! – неожиданно твердо произнесла Дроздова.
Послышалось какое-то шуршание, а потом слова: – То есть нет, не совсем. Как я уже говорила, все мои попытки выяснить это пресекались с неслыханной жестокостью. Но вот что я нашла сегодня в бумажнике мужа. Могу поклясться, прежде я этого никогда у него не видела. Обратите внимание на дату. Это завтрашнее число.
