Хотите, я вам изложу рабочую версию?
Глаза у Фомина сузились, и он заговорил убедительно и жестко.
– Вот вы, гражданин Верлов, нанимаете банду и создаете благоприятные условия для ограбления. Товар выносят, а склад сгорает. Несчастный случай. Бывает. А вам потом отстегивают за хорошо проделанную работу.
– Какие еще благоприятные условия? – пролепетал завскладом.
– А такие. Один из охранников в стельку пьян, а второй куда-то пропал. И доски в заборе отшпилили, чтобы тюки выносить. Всё в ваших силах.
Фомин усиливал давление на психику, хотя и считал, что очкарик здесь вовсе ни при чем.
Но страх перед законом побуждает к откровенности.
– Этот сторож сильно пьющий? Как такого взяли на работу?
– Да он вообще практически не выпивал. Даже на всяких банкетах больше ста граммов не принимал, – пояснил Верлов.
– Вот это и подозрительно, – констатировал Фомин. – А второй куда делся?
Верлов пожал плечами.
– Вышел на работу как обычно, а потом куда-то пропал.
– Через дырку в заборе вместе с товаром. – Фомин ехидно усмехнулся.
– Ладно. Пока вас ни в чем не обвиняют, но давайте перейдем к делу. Сколько товара было украдено, кто знал о прибытии ценного груза, во сколько вы оцениваете убытки? Давайте подробно и без утаек.
Выслушав Верлова, Фомин сказал на прощанье:
– Подписку мы с вас не берем, но из города никуда не отлучайтесь.
Машина стояла на месте. Водитель где-то раздобыл две бутылки кефира и булочки, что было очень кстати. Перекусив, Фомин скомандовал:
– Теперь в отделение милиции. Этот пьяница уже, наверное, проспался.
Охранника привели в специально выделенную комнату. Перед Фоминым предстал мужик средних лет с заплывшими глазами и в грязной полевой форме. Он склонил повинную голову на грудь и боялся поднять взгляд на дознавателя. Ему предложили присесть. Он представился.
– Волков Николай Ильич.
– Что же ты так, Николай Ильич, – назидательно проговорил Фомин. – В составе Венской дивизии воевал, а тут проспал охраняемый объект по пьянке. Нехорошо.
– Это все Сема, мой напарник.
Соблазнил, сукин сын, мол, у него день рождения, надо бы отпраздновать, – начал оправдываться Волков.
– А Новый год он тебе не предложил отпраздновать? – Фомин усмехнулся. – У твоего Семы день рождения как раз перед Новым годом, а сейчас конец августа. Так сказали в вашем отделе кадров.
– Кто ж знал… – удрученно проговорил Волков. – Да мы и выпили всего по сто водки, а меня сразу развезло. Дальше не помню.
– Какой-то сонной дряни тебе Сема в стакан подсыпал.
