По крайней мере, не было системы в понимании подполковника Гризадубова, привыкшего к определенному способу оформления и составления подобной документации. Это стало ясно сразу после того, как подполковник перелистал несколько страниц. Над этими документами следовало сидеть и сидеть, и не терять при этом внимательности, напрягать память, укладывая данные отдельными стопками, – и только тогда можно выудить что-то такое, что поможет зацепиться и вытянуть на свет божий самого Везирхана Дашаева.
– Мне нужно, пожалуй, около двух часов.
.. – сказал Гризадубов. – Данных много, и они бессистемны. Нужно хотя бы мысленно их в систему привести...
– Через полтора часа, товарищ подполковник, подъем вашей группы... – напомнил «краповый» капитан.
– Я же не материалы своей группы собираюсь изучать... Пока группа будет умываться, бриться и прочее, я закончу...
– Не стану мешать, – согласился Валтузин. – Я буду в какой-то из соседних комнат. Можно просто громко крикнуть в коридоре, я сразу появлюсь.
..
– Договорились... – Подполковник уже склонился над папкой.
* * *Он читал очень внимательно, но вчитываясь не в слова, а в понятия, и именно понятия запоминал, потому что только понятия могли помочь более четко определить характер человека, которого предстояло найти и уничтожить. По большому счету, страшные, хотя и привычные для офицера спецназа ГРУ слова – «найти и уничтожить» – когда говорятся они о человеке, у которого есть жена, молодая и красивая, и две малолетние дочери, и который еще какие-то планы на свою дальнейшую жизнь строит, и надеется, что его планы сбудутся.
Но планы строят и те менты, которых он регулярно пачками убивает. Везирхан Дашаев никогда не охотился на мирных жителей. Они, видимо, просто не интересны ему. Спортсмен-борец, он хотел наслаждаться борьбой, сопротивлением противника, но встречал серьезное сопротивление на удивление редко. Рассматривая рапорты о некоторых нападениях, совершенных Везирханом на ментов, Алексей Викторович жалел, что на месте ментов не было его группы.
Непрофессионально работал террорист-самоучка. Но менты работали еще менее профессионально, и потому оказать сопротивление не могли. А если оказывали, то лишь числом, а не умением. Но Везирхан численное преимущество признавал так же, как признавал бы в борьбе разницу в весовых категориях, и избегал таких схваток. В равных же схватках преимущество всегда было на его стороне – за счет характера и напора.
