Может быть, придется изымать документы. Но для этого необходимо какое-то косвенное доказательство того, что там работают сотрудники этого предприятия, сталкеры то есть..."
"– Пока доказательство только одно. Все они носят черную униформу, какую обычно и носят охранники, и все вооружены пистолет-пулеметами «ПП-2000», большинство из которых снабжены глушителем. На это прошу обратить особое внимание. Даже для силовых структур и подразделений спецназа глушитель поставляется исключительно по спецзаказу со сложной процедурой оформления.
И уж никоим образом, думаю, такое оружие не может быть официально разрешено к ношению сотрудникам частного охранного предприятия. Впрочем, я закон об оружии плохо знаю... Это вам разбираться.
– Будем разбираться... Москва уже плотно включилась в расследование, и желает напрямую с вами общаться, а мной только командовать, хотя я не все их команды понимаю. Что-то там в Москве темнят...
– Москва в вашей транскрипции – это кто? ФСБ или мое командование?
– Ваше командование, насколько я знаю, не наделено следственными функциями.
Дело на контроле головного управления ФСБ. Так что я противиться приказу не могу, и ваш номер им дал. Если будут звонить, не удивляйтесь.
– Хорошо, что предупредили, иначе я мог бы ваше командование послать очень далеко... Ладно. У меня для вас тоже данные есть. Запишите номер «Опеля»...
Алексей Викторович продиктовал.
– Понял.
– Давайте сверим...
– Не нужно. «Опель Омега» белого цвета?
– Да.
– Машина принадлежит Кали Дашаевой, жене Везирхана Дашаева.
Я недавно получил из управления внутренних дел досье на нее. Есть даже фотография машины и самой Кали. Красивая, кстати, женщина. И лицо очень волевое... Придется с ней побеседовать более конкретно.
– Меня в известность поставить не забудьте. И вообще, что ваше руководство думает относительно этих парней в черном? Если я буду за ними следить, то не выполню собственное задание. Пора, может быть, это дело пресекать? Ликвидировать группу недолго.
– Я запрошу разрешение. Если бы знать, что за груз они несут, можно было бы решить сразу. Если это что-то опасное, пресекать необходимо. А если там опасного ничего нет? А так – хотелось бы подробности знать – что за люди, что делают в зоне карантина, с кем связаны и вообще на кого работают...
– Допрос... – предложил Гризадубов.
– Может ведь так получиться, что, если они не сдадутся, то и спросить будет некого. А могут попасться такие, что и не скажут ничего.
