Для наблюдателей это было не лучшим вариантом, но другого варианта не было, потому что на склоне против того места, где остановился «Опель Омега», место было почти открытое, и кусты на склоне были редкими и просматриваемыми. Оставалось надеяться на приближение рассвета, на неумение людей в черном ходить так же быстро, как ходит спецназ, и вообще на любую помощь, которую может прислать провидение тому, кто этой помощи хочет и ждет. Если же рассвет не подступит вовремя, если никакая случайность не поможет, а люди в черном поторопятся, то майор Макаров решил воспользоваться умением быстро и бесшумно ползать, и подобраться к машине как можно ближе.
Но, чтобы это сделать, еще следовало увидеть, где место будет свободным, потому что пришедшие могут проявить желание встать как раз там, где он выберет место для своего наблюдательного пункта. Но, как слышал Макаров, у подполковника Гризадубова была мысль начать отстрел рюкзаков. Это могло бы заставить людей в черном снова залечь и передвигаться дальше ползком.
Тогда и рассвет подоспеет вовремя. Кроме того, люди в черном будут сперва искать боевую машину пехоты, на которой намеревались ехать первоначально. Естественно, не найдут, потому что на том месте, где должна была произойти встреча, их дожидается только тело механика-водителя. После этого попытаются, разумеется, как-то связаться с людьми в «Опель Омеге». Вероятно, какая-то связь между ними организована. И только тогда люди в черном двинутся сюда, на поляну. По идее они могут даже пройти чуть не вплотную от майора и капитана, но те хорошо укрыты для любого освещения.
И даже с возможным приходом рассвета практически не могут быть обнаружены. Никому в голову не придет забираться под каждую упавшую ель в лесу. Этих елей здесь... Ель вообще дерево неустойчивое, потому что корень имеет поверхностный и часто падает от ветра, а иногда и от веса собственной кроны, поскольку любит расти на опасных для своего процветания склонах, с которых легко свалиться и более устойчивым деревьям.
..
* * *"
"– Только что прошли, – доложил капитан Каркунов. – Уже не ползли, уже в войну играли. Сначала четверо перебегают метров за тридцать, когда оставшихся уже не видно, а трое сидят с оружием на изготовку, готовы за спину стрелять. Потом трое перебегают, а четверо делают вид, что их прикрывают. Командир в прикрытии участия не принимает, он всегда впереди, и торопится. На ходу дважды набирал номер по трубке мобильника, но, видимо, не дозвонился.
